— Но он не ушел как Билл, и смог признать тебя альфой, — констатировала факт Сара.
— Бете в этом вопросе легче. Их волки более смирены и уравновешены. В них нет порыва бороться за власть, доказывать свою силу. Поэтому, Дейд спокойно уступил свое место сыну, оставшись в роли советника при молодых.
— И теперь я понимаю, как он убеждает вас следовать его советам, — она развеселилась, представив, как мужчина одной рукой тянет Нисана за ухо, а второй — Алека.
— По крайней мере, он пытается. Но последнее года такое уже не выходит.
Остается только ворчать и угрожать.
— Чувствую, мне будет весело среди вас!
— Я надеюсь, что это место станет для тебя домом, — серьезно проговорил мужчина, зажав ее подбородок пальцами и смотря своим твердым взглядом прямо в ее глаза.
И Сара знала, что за теми карими глазами скрывается звериный янтарь, который действовал на нее магнетически. Губы неожиданно пересохли. Мягкость и расслабленность между ними перешла в сексуальное напряжение. Вот так легко. По щелчку пальцев.
— А я — единственным мужчиной в твоей жизни!
Ей хотелось спросить будет ли она единственной? Но Сара знала, что он не задумываясь скажет «да». Даже не подозревая, что она спросит о прошлом, а не о будущем. Но не хотела портить такой момент своими тревогами.
— Я хочу этого, — тихо согласилась она, и ее губы тут же были атакованы его ртом.
Яростно, дико, так как умеет только он. Со своей звериной властью воюя с ее языком, показывая кто среди них ведет. Зубы сталкиваются, ненасытные губы и языки переплетаются между собой, сливаясь в безумном порыве страсти.
И все же она покоряется ему, уступает в его жажде, позволяя вести. Но Сара не ощущает ни грамма недовольства по этому поводу. Наоборот, в этом ее сила.
Когда же воздух в легких закончился, и они заныли, требуя сделать нормальный вдох, Алек отпустил ее.
— Моя! — тяжело дыша, прорычал он.
Стиснув пару в своих объятиях, мужчина крепко прижал ее к себе. Сара положило голову ему на грудь, слушая учащенный ритм его сердца. Гордость заполнила ее душу от сознания, что она тому причина.
Но чертово либидо было еще той сучкой, своим зудом и тяжестью внизу живота показывая насколько ей мало одного поцелуя.
«— Тссс! Заткнись, предательница!» — мысленно приказала она ему, прекрасно зная, что только одно может успокоить эту жажду. Но пока она не готова была отступить, и Алек понимал и уважал ее решение, тем самым завоевывая доверие. Потому что вместо того, что как оголодавший накинуться на нее.
