Но мужчина рукой сильно сжал ее затылок, фиксируя положение головы, не оставляя девушке ни капли власти и контроля. Язык проворно прошелся по нёбу, встречаясь с ее языком, в одно мгновение сплетаясь с ним и отталкиваясь от него в другое.
Ее руки вцепились в лацканы его вечернего костюма, а нога поднялась вверх, зацепляясь за его ногу, чтобы уменьшить расстояние между ними. На ее счастье, низ платья был из легкой воздушной ткани, не сковывающей движений.
Когда нехватка кислорода заставила его прекратить наконец эту безумную атаку на ее рот, оба уже тяжело дышали.
— Ну что ж, у тебя есть шанс показать мне, на что ты способен, — заявила Сара, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойней, но признавая, что дается это ей с трудом.
— Ты еще будешь молить о пощаде, — предупредил он и так облизал губы, словно ее соки уже были на его устах.
Это нехитрое действие вызвало прилив ноющей боли внизу живота, поэтому девушка сильнее прижалась к выступающему бугру на его штанах. И с радостью заметила, как дернулся кадык, показывая, что мужчина не остался равнодушным.
— Поспорим?
Глава 2
Его руки крепко сжали женские ноги, под пальцами ощущалась нежность кожи. Словно самый дорогой шелк. И сейчас к этому шелку грубо прикасались когти дикого зверя. Он резким движением закинул их себе на плечи и заставил девушку скрестить их за своей шеей. Да и принуждение было лишь видимостью, ведь Сара сама с радостью проделала эти нелегкие манипуляции. Ей не верилось, что она, опираясь спиной на стену, практически висит в воздухе, придерживаемая лишь одной его рукой.
«Сильный мужик — находка для женщины, а оборотень — тем более», — вспомнила собственную, некогда брошенную сестре, фразу.
И вот сейчас она получала подтверждение этому. Ее пальцы в поисках опоры вцепились в плечи Алека, а в это время его голова исчезла под складками ее юбки. Горячее дыхание обжигало кожу возле тоненьких стрингов, посылая по всему телу миллионы возбуждающих мурашек. Легкий стон сорвался с искусанных до крови губ.
Необъяснимая потребность в мужских прикосновениях была неконтролируемой и ненасытной. Одно небрежное движение и ее трусики разорваны, а на пол падает лоскуток ткани.
Освободив себе доступ к средоточию женской страсти, Алек уткнулся в ее промежность носом. Он резко втянул в себя аромат девичьего желания и ощутил, как закипела в венах звериная кровь. Такого запаха не было ни у одной из самок, которых он когда-либо встречал в своей жизни. Даже его пара так не пахла.
