А может я просто храбрилась по привычке. Но краем глаза заметила, как дернулся от моего стона капитан. Ольдер тут же хмуро посмотрел на него, следом попросив не вмешиваться.
В какой-то момент стало горячо в районе груди и я, не сдержавшись вскрикнула от боли. А дальше произошло сразу два события. Капитан все это время хмуро наблюдающий за мной, вдруг оказался рядом. А затем и вовсе взял меня за руку.
- Атишхар! О чем я говорил? Уходи, - зло возмутился Ольдер, но в ответ он получил лишь недовольный рык капитана, сжавшего мою руку чуть сильнее.
- Я беру полную ответственность за свои действия Ольдер, - грубо, но уверенно проговорил капитан в ответ на приказ врача.
Я не видела выражения лиц мужчин, но по голосу капитана поняла, что он никуда не уйдет. Это меня порадовало. Сейчас я бы не смогла отпустить его. Он словно забирал часть моей боли, и эта процедура казалась мне уже терпимой. Придвинулась к Атишхару ближе, и устало опустила голову ему на грудь. Его тело словно закаменело в ответ, но я не обратила на это внимания.
Мне нужна сейчас его поддержка. И я мысленно благодарила его за то, что он рядом.
- Как скажешь, Атишхар. Но учти, это против правил. — Судя по голосу врача, ему все это не нравилось. Но я ничего не могла поделать. Я точно не стану прогонять капитана.
- А то, что делаешь ты, не против правил? — Недовольно спросил Атишхар. — Разве должна быть такая реакция на лиафрит?
- Так было еще с несколькими девушками, - слушала в пол-уха врача, так как я все еще боролась с болью.
Да, прикосновение капитана помогало мне, но не убирало всю боль. Не представляю, что было бы, если бы не он. — У кого сильный энергетический фон, для них процедура проходит болезненнее.
- Это значит...
- Да. Ты верно подумал, - оборвал врач Атишхара на полуслове. Интересно, что он имел в виду? Спрошу обязательно, но позже.
Мужчины замолчали, а я все продолжала бороться. По ощущениям прошло уже больше пяти минут, и, к счастью, я была права. Да и боль стала отступать. Вены все еще немного подсвечивались изнутри по всему телу, но думаю еще немного, и они совсем исчезнут.
Даже не заметила, как врач убрал капельницу. Заклеил место прокола пластырем и обратился ко мне. Не смотря на его злость к капитану, обращался он ко мне, как и обычно, теплом и с заботой.
- Лия. Как вы себя чувствуете?
- Кажется, хорошо. Боль проходит. Благодаря капитану, боль была терпимой, - призналась, и подняла голову, посмотрев в светящиеся янтарем глаза Атишхара.
