Однако в ту же минуту он понял, что допустил ошибку: лицо Эммы вспыхнуло от стыда, а потом горестно поблекло.
— Возможно, он считал меня безобразной, — сдавленно прошептала она, и в голосе ее прозвучало такое горе, что Блейк растерянно заморгал глазами. Его поразили не слова — женщины часто произносят их, напрашиваясь на комплименты. Он был потрясен тем, что леди искренне верила в них.
— Миледи, неужели никто никогда не говорил вам, что вы красивы? — наконец спросил он.
Эмма тяжело вздохнула.
— Разумеется, говорили… отец… и мой кузен, — тихо откликнулась она.
— Но ведь они меня любили и, конечно, считали, что так следует говорить, чтобы я не огорчалась.
Невероятно, но она считала себя дурнушкой! Блейк почувствовал вдохновение.
Он выпрямился и, одарив ее самой обаятельной и широкой улыбкой, на которую только был способен, произнес:
— Позвольте мне, леди Эмма, сообщить вам, что вы прекрасны и очаровательны. Волосы ваши подобны золотой пряже. Губы ваши, как лепестки едва расцветшей розы, а глаза большие и влажные, как у лани.
Поистине вы… — Но в этот момент Эмма, дружески похлопав Блейка по руке, прервала его восторженную речь:
— Милорд, вы очень добры, но не стоит унижать себя ложью.
— Но это не ложь! — пылко возразил он.
— Тогда почему Фальк не спал со мной? — простодушно спросила она и, прежде чем он смог ответить, поднялась и вышла из-за стола.
В дверях ей встретился Рольф. Он с улыбкой поцеловал ее в лоб, приветствуя:
— С добрым утром, милая кузина.
Надеюсь, тебе хорошо спалось?
— Да, — со вздохом откликнулась Эмма. — А тебе?
— Спал как убитый.
— Это замечательно, — пробормотала Эмма и торопливо направилась на кухню.
— Куда ты?
— Заварить травяного чая. Наверняка Эмори мучит головная боль. Отвар успокоит его и поможет заснуть.
— Он и так спит, — заметил Рольф, последовав за ней. — Я только что от него. Зашел сообщить ему, что мы с епископом сегодня уезжаем.
— Сегодня?! — Эмма резко остановилась и обернулась к нему с расстроенным видом.
— Так скоро?!
— Я здесь уже четыре дня, — ласково напомнил он.
— Да, но мы даже не поговорили толком!..
— Верно. — Рольф усмехнулся уголком рта. — Я надеялся, что нам удастся поболтать по дороге ко двору. Однако коль скоро муж твой ранен, поездку, видимо, придется отложить.
Эмма растерянно посмотрела на кузена:
— О какой поездке ты говоришь?
Эмори должен присягнуть на верность королю в качестве нового герцога Эберхарта.
