Хорошо, что рядом лежала крепкая ветка, и с её помощью я столкнул кусок стены. Правда, одна рука категорически отказывалась работать, и пришлось повозиться.
— И я не смогла помочь, отдыхала на полянке.
— Ты невероятная, — прошептал Михель, не отводя от меня взгляда и медленно склоняясь к моим губам, но я запаниковала и не позволила себя поцеловать, отвернулась…
— Михель, возвращаемся? И где наши лошади?
— Натали… ты пойдёшь одна, я не смогу, — пробормотал м он, пряча лицо. — Мне, потребуется помощь, кажется, обе ноги повреждены.
— Чёрт! Рука, ещё и ноги и он спокойно лежал и ждал, когда я очнусь?! Да ты в своём уме?! Тебе нужна помощь! Тебе же больно! — Мой возмущённый вопль сменился всхлипываниями.
— Натали, всё хорошо. Я переживаю за тебя, одна в лесу. Но без твоей помощи я не справлюсь, ты должна добраться до замка и отправить за мной ребят.
— Нет, я тебя не брошу! А вдруг звери? Ты не отобьёшься! Да и дороги не знаю, наверняка заблужусь, — пробормотала я. — Придумала, что можно сделать! Сейчас изготовлю волокушу и потяну тебя, а ты показывай дорогу.
"
"— Натали, я тяжёлый, ты меня не утащишь. А как добраться до замка, я покажу: в метрах в десяти западнее есть заброшенная дорога.
— Нет, утащу! Я не оставлю тебя! — И чтобы прекратить дальнейшие препирательства, отползла в сторонку от Михеля, смотревшего на меня с укором.
Подниматься на ноги оказалось тем ещё квестом! Меня шатало, пару раз я заваливалась на бок. Но всё же справилась и медленной шаркающей поступью направилась к лесу, надеясь, что там я найду удобные ветки.
Спустя, наверное, десять минут поиска я стала обладательницей отличных веток; теперь осталось их чем-то связать. Ничего подходящего я не нашла, пришлось стаскивать с себя рубаху и рвать нижнюю её часть на тряпки. А я и так пройду, в топике. Комаров и мошки нет, небо светлеет, не холодно… Мысленно проговаривая всё это, я старалась не думать о боли, которую терпит Михель.
— Ну всё, готово. Тебе помочь перебраться?
— Натали… — Не знаю, что он хотел сказать, возможно, снова отправить меня в замок за помощью, но, махнув рукой, продолжил: — Помоги.
Подхватив Михеля под руки, я затянула его на волокушу. Поправила под ним загнувшиеся мелкие веточки, разместила с максимальным удобством и, громко выдохнув, потащила.
— Не надоело ещё? — спустя минут десять спросил Михель. Кажется, он забавлялся, слушая моё хриплое, как у загнанной лошади, дыхание. Теперь я поняла, почему белобрысый не принялся со мной спорить.
