А она… Кейт вся ободрана и перепачкана в грязи. Больше всего на свете ей хотелось провалиться в болотистую землю и исчезнуть.
Он стащил шлем и потряс головой. Волосы легли вокруг лица идеальными волнами. Ее сердце сжалось от несправедливости. Ее волосы после драки выглядели так, словно их приклеили к голове.
– Что, к дьяволу, ты натворила на этот раз, Катрина? – Его рот скривился. – И хочу ли я это знать?
Катрина. Он был единственным, кто так ее называл, и это даже не ее настоящее имя. Катерина.
Ей не стоило врать о своем имени – или по случайности о своем возрасте (она поняла, что они считали ее моложе) – но ей было пятнадцать, она пережила травму. Была напугана и отчаянно хотела, чтобы они забрали ее с собой. Кейт знала, что, скажи она правду, они никогда бы этого не сделали. Воспользовавшись именем своего погибшего отчима Киркпатрик, Кейт не оставила ни единого шанса заподозрить в ней незаконнорожденную дочь Хелен из Лохмабена. И именно этого она хотела. Больше никаких жалостливых взглядов.
Никаких придирок. Никаких тайных молитв, что отец вернется за ней. Она получила шанс оставить ту жизнь позади и им воспользовалась.
Приступ раскаяния, тем не менее, мгновенно прошел, когда Кейт увидела, как скривился его рот. Как он может сейчас смеяться над ней? Потому что он думает, что ты ребенок. Ребенок, которого надо спасать из колодца. А вовсе не взрослая женщина.
Его веселье стало последней пощечиной. Кейт обожала его, но временами он раздражал ее до безумия.
Она сразу забыла, что едва не бросилась в слезы, и ей с трудом удалось подавить желание воспользоваться измазанными руками и столкнуть его с безупречной белой лошади прямо в грязь. Обычно она восхищалась его хладнокровием и невозмутимостью, но в этот раз с превеликим удовольствием посмотрела бы, как он выходит из себя.
Пип, очевидно, тоже был обижен отношением пришельца. Он выставил свое тощее тело вперед.
– Она спасла меня, вот что она сделала.
Один из этих ребят забрал мои деньги, и, когда я попытался их отнять, он и его дружки напали на меня. Но Кейт чуть не сломала ему руку. А когда он толкнул ее, она пригрозила ему ножом.
– Что она сделала? – недоверчиво переспросил Грегор.
Кейт пыталась остановить Пипа, но, очевидно, приняв гнев Грегора за восхищение, он с готовностью продолжил рассказ.
– Ага, она швырнула его на спину, словно дохлого цыпленка, и приставила кинжал прямо к его глотке.
