Она занималась любовью так же, как делала все остальное: без оглядки, без притворства и с неукротимой страстью.
А когда она наберется опыта…
Господи, помоги ему! Он даже думать об этом не хочет. Кейт может поставить его на колени. Может, уже поставила. То, что Грегор к ней испытывал, не было похоже ни на одно чувство, которое ему доводилось испытывать к женщине.
Любит ли он ее? Грегор не знал, способен ли он на это чувство. Но ее вера в него вызывала желание быть достойным ее, и, может быть, пока этого достаточно.
Он закрыл дверь, твердо отгородившись от искушения. Однако не прошло и минуты, как он услышал негромкий стук. Взяв себя в руки, Грегор открыл дверь. Как он и ожидал, на пороге стояла Кейт в домашнем платье.
– Уже поздно, а ты все еще не спишь, – сказала она.
– Я могу то же самое сказать тебе.
– Я тебя ждала.
Его губы изогнулись.
– Я так и понял. Но ты не должна здесь находиться.
– Я знаю, – ответила Кейт с нахальной улыбкой и все равно вошла. – Но в последние пару дней было столько дел, что мне не довелось поговорить с тобой наедине, а я хотела кое-что тебе подарить.
Грегор вдруг заметил, что Кейт крепко сжимает домашнее платье на груди, как будто что-то прячет. Свое обнаженное тело? Его глаза, должно быть, сверкнули.
Кейт закатила глаза, разгадав направление его мыслей, и засмеялась.
– Боюсь, что под этим на мне надета очень толстая, очень старая сорочка, учитывая то, что произошло с другой.
Он ухмыльнулся.
– Я куплю тебе дюжину сорочек.
Она подняла бровь.
– Чтобы было что рвать?
– Как ты догадалась?
Кейт рассмеялась и распахнула домашнее платье.
– Жаль тебя разочаровывать, но я принесла тебе что-то другое. – Вытащив тканевый сверток, спрятанный под домашним платьем, она протянула его ему. – Вот это – на Рождество, – объяснила она.
– Что это?
– Открой и посмотри.
Развязав шелковую ленту, обернутую вокруг свертка, Грегор осторожно расправил ткань, оказавшуюся льняной туникой, вышитой витым узором золотой и алой нитями вокруг горловины и – когда он поднял ее – рукавов.
Внимательно рассмотрев вышивку, он понял, что узор представляет собой вовсе не спирали, как он сначала подумал.
– Это стрелы, – сказал он потрясенно.
Кейт смутилась и кивнула.
– Это чтобы носить под доспехами.
Это было прекрасно – он поверить не мог, насколько прекрасно. Грегор был тронут. Стежки были идеальными. Он нахмурился.
– Ты сама сделала?
В его голосе сквозило удивление.
– Я вообще-то умею вышивать.
Он поднял бровь.
