Кто он?
— Ну… Помнишь того бармена, что зимой спас?
— Огооооо!
— Ничего не «Огоооо»! — еще больше досадую я, — просто так случилось. Он, оказывается, не уехал. Твой муж, засранец такой, наврал мне в больнице тогда, прикинь?
Она кивает, не комментируя. Ну правильно, ей получше многих известно, насколько Витька засранец.
— Он тебя нашел, что ли?
— Нет… — я вспыхиваю от злости, потому что… Ну черт, мне очень хотелось бы, чтоб он меня искал! Как я его!
Потому что я, после слов брата, естественно не остановилась.
И наводила справки, выясняла."
"А потом про это узнал Витька… И наложил свое жесткое вето на поиски. С вынесением последнего китайского предупреждения.
— А как вы тогда?..
— Он перевелся к нам в универ учиться, сразу на пятый, прикинь?
— Он не особо похож на студента, — щурится Сашка, как всегда, зря в корень.
— Да… Не особо. Но, говорит, что сестра у него сюда приехала, и он тоже решил обосноваться…
— Интересно… И как вы нашлись? Он увидел и сразу в оборот взял?
И вот тут я опять краснею.
Хотя, куда больше-то?
— Не то чтобы взял… — отвожу взгляд, — и не то, чтобы он…
— Ого… — Сашка от неожиданности делает слишком большой глоток и кашляет.
— «Ого»… — уныло подтверждаю я, заметно стыдясь. Потому что… Ну вот такая я гребанная Татьяна Ларина двадцать первого века… Сама предложилась практически. — Понимаешь, я его увидела и прям растерялась сначала. Не поверила. А потом… Потом все думала, узнал — не узнал… Хотела подойти поговорить, а на него как стали с разбегу наши шмары запрыгивать! А он и не уворачивался! В тот же день по универу слухи пошли, какой у него длинный и крепкий член! Прикинь? Мне так стало… Злобно! Я начала какую-то фигню творить… Провоцировала его… А он не велся особенно, представь?
Я распаляюсь, говорю громче, но Сашка кивает на люльку, и я понижаю градус.
— Как не велся? Не реагировал на тебя? Не узнал, может?
— Все он узнал! И реагировал… Но просто… Да я сама дура, ладно. В итоге я хотела с ним поговорить, а он начал грубить… И вообще показывать, что меня ни во что не ставит… Ой…
— Ну а ты чего?
— Ну а я… Я его к себе приманила.
Сашка вскидывает брови, явно удивляясь моей распущенности, но я торопливо затыкаю уже готовый вырваться вопрос:
— Сама знаю, молчи. Просто… Понимаешь. Я его забыть не могу с зимы. Ну вот никак! Ну вот такая дура, да. Потому у тебя и спрашивала… Думала, может, ты… Может, у тебя что-то такое…
— Нет, Свет, тут, я думаю, у каждого свое, — качает головой Сашка.
