Подрывника их я не видел, слышал только, что зовут его Иван-казак.
Б. — Вы упоминали ранее, что и в операциях этой группы участвовали, и документы они при вас переводили, так?
Ч. — Именно так. Но я бы несколько по-другому это сформулировал. Боевые операции они проводили, чтобы обеспечить нас оружием и продовольствием. Мы же все оголодавшие были. У спасителей наших с едой и оружием все хорошо было, а тут нас свалилось четыре с лишним сотни. Вот они и начали нам пропитание добывать. Ну и вооружать, конечно. Иногда наоборот — вооружать, а потом мы уж сами еду добывали.
Б. — По вашим словам, группа хорошо вооружена. Опишите их вооружение, снаряжение.
Ч. — А операции?
Б. — Про операции расскажете позже.
Ч. — Вооружены, как я уже говорил, очень хорошо — одних пулеметов штук шесть. И наши, и немецкие, трофейные. Несколько автоматов. Винтовки самозарядные и снайперские. У каждого — пистолет, а то и два. Много гранат — и наших, и немецких. Еще мне снаряжение их понравилось. Что-то вроде того, что немцы носят — с плечевыми ремнями, но ремни шире и подсумки не только на поясе висят.
Проще нарисовать, чем объяснять, гражданин следователь. У командиров хорошего качества, фабричное, у сержантов похуже — видно, что сами шили.
Как минимум три радиостанции, причем небольшие. Они их в ранцах носили.
Б. — На основании чего вами сделаны выводы о наличии нескольких радиостанций?
Ч. — Мои бойцы мне рассказали, что во время проведения операций члены группы, которые, как правило, командовали отдельными подразделениями наших бойцов.
Многие из них докладывали, что периодически «рыси» отходили в сторону, к своим вещмешкам и как будто разговаривали сами с собой. Славинский, он связистом был, а раньше инженером на телефонной станции работал, сказал, что видел, как один из них какое-то устройство на проводе в ухо вкладывает. Подошел поинтересоваться, а ему ответили, что это волновод.
Б. — Почему вы их назвали «рысями»?"
"Ч. — Они себя называли «Группа специального назначения «Рысь». Я видел журнал боевых действий.
30.08.1941
С моих слов записано верно: Чернавский.
Глава 1
Минск. Улица Островского, дом 7.
16 августа 1941 года. 13:20[3]
После того как за спиной хлопнула дверь, временный хозяин кабинета отвернулся от окна:
– Что-то срочное, Филип?
– Да, бригадефюрер! Только что доставили интересную листовку большевиков!
– Какое отношение она имеет к нашему делу? — Раздражение было настолько неприкрытым, что щеголеватый штурмбаннфюрер даже отшатнулся.
