Мелкий, словно висящая в воздухе пыль, он, кажется, забирался под одежду. Однако дотопали, обогрелись и вымылись в теплой мыльне, переоделись в сухое и заснули в обнимочку. Рипин взгляд он тогда, наверное, не вполне расшифровал, но упрека в нем не было.
* * *Ледоход прошел в начале марта. Прибрежный лед пропал незаметно, но потом несколько дней вниз по течению проплывали льдины. Небольшие и нетолстые, каждая сама по себе. На уровне воды в реке это не сказалось. А вот дожди, догнавшие Славку с Зоей по дороге из разведки, шли долго.
Вода в реке поднималась медленно, и это позволило согнать к Камышовке всю имевшуюся у них флотилию, две пластиковых коробки, оба челнока и тримаран-долбленку.
Ловили и тащили к берегу все, что проносила мимо раздувшаяся река. Много натаскали. Высокая вода стояла месяц, а подмытые стволы деревьев попадались не по разу в день. Все – лиственных пород, тяжелые и набухшие от пропитавшей их воды. После окончания дождей половодье продолжалось долго. Только к концу апреля река приобрела привычный вид.
Но течение оставалось заметно более быстрым, чем они привыкли. Установилось устойчивое тепло, дождики стали редкими и короткими.
Интенсивно шло обустройство Вишневки, во все стороны разошлись пешие разведывательные группы, но великие строительные работы Славка прекратил. Дома надо было строить из самана, это зима показала однозначно. Однако их следовало обкладывать кирпичом, которого они могли делать достаточно, но не на глину же его класть! Нужна известь, то есть известняк.
Требовались деревянные полы, на которые необходим лес иного качества, чем тот, который им доступен. И следовало позаботиться об устройстве невоспламеняющихся кровель. Как это сделать – уму непостижимо. Но тростниковые или соломенные – это слишком рискованно.
* * *Семейная жизнь Славки приобрела невообразимый шарм. Все считали, что с Рипой он расстался и живет с Зоей. Тут вообще все на виду. В общем, спал он действительно с Зоей. Она нежно и трогательно прижималась к нему ночью, но вот в супружеских действиях с его стороны нуждалась нечасто.
Да и стеснялась она некоторой публичности происходящего. Хоть и в кромешной темноте, но люди-то рядом. В общем, действия всегда носили тщательно замаскированный характер.
Зато с Рипой он встречался нередко. Всегда скрытно и накоротке, зато бурно и с огромным желанием. Были у них примечены и обжиты укромные углы среди хозяйственных построек, шалашик в кустах… цирк, одним словом.
