Собственно, значительно большая часть этой самой краски саму найденную банку покрывала – сверху натекла. Что с этим делать, никто не знал."
"Битого стекла здесь оказалось немного, впрочем, наверняка изрядную часть «вынесли» вместе с грунтом. Фарфоровые изоляторы сохранились прекрасно.
Важным обстоятельством следовало признать то, что с сохранившимся на Костиковом компе снимком находка увязалась однозначно. Дальше соотнесение отметок, сделанных на местности с помощью металлоискателя, со старинным изображением произошло легко.
В трех километрах к западу от города, выделяясь своей отнесенностью за черту городской застройки, просматривался комплекс зданий. Завод. И не какой-нибудь, а завод ферросплавов.
Когда Костик произнес эти слова вечером за столом, где народ ужинал, Витек чуть не проглотил ложку. А утром он словно верный слуга нес за Костиком связку кольев. Они шли размечать полигон для следующего обследования местности. Остальные два металлоискателя уже везли сюда же. Один из Синопа, второй из «княжества».
* * *Санинструктор Паклин, обученный, натасканный и проэкзаменованный лично единственным в этих местах врачом Рипой, и ею же произведенный в фельдшеры в числе еще четырех ее же учениц, не знает покоя ни светлым днем, ни темной ночью. Нельзя сказать, что пациенты толпой сидят под дверью и ждут очереди на прием. Захаживают по одному, но все время. Советуются, конечно, прежде всего по вопросам, связанным со здоровьем. А потом продолжают уже детальные расспросы: чем питаться, как одеваться, и как приготовить, и где оно растет…
Чувствуется, нужно людям слово уверенного знающего человека.
Как-то здесь, в княжестве, нет безусловного авторитета. Князь и раньше не был человеком популярным, а после того как невесть куда подевалось сразу восемь охотников, от его репутации остались одни воспоминания. Тем более что на западную окраину леса, где воспитательницы построили подворье, сошлось немало справных работников и работниц.
Сегодня что-то долго нет посетителей. В чем дело? Смотрим календарь.
Точно. Сейчас начнется!
– Уйди, Борька, добром прошу. Видишь, не остыло еще. – Это Наинка, живет она с ним. Считается докторшей, в смысле – женой врача. – Нет, ну какой настырный! Свинья ты после этого!
Борька действительно свинья. Тот еще кабанчик. Молодой, сильный, с парой торчащих из пасти клыков. Пока его подруги и их приплод следуют из леса в пойму, он наносит визит к навесу, где готовится пища, и нагло вымогает угощение. Количество и качество значения не имеют.
