Мне, кстати, завтра утром что следователю этому рассказывать? Все подробно?
– Так, все в общих чертах. Сенатору ты теперь хуже не сделаешь. Ему, покойнику, уже все равно. Так что остаешься только ты. Скажешь, да, мол, встречалась с Ралифом Сарибековым. Были, мол, между нами интимные отношения, ну и что? Я на него не в претензии. Ну, так, обо всем понемногу. Сильно они тебя за язык тянуть не станут. Про то, что он тебе деньги платил, молчи. Мол, у вас все так было, полюбовно. Про подарки его тоже молчи, а то отберут.
– Правда могут отобрать? И телефон отберут?
– У нас все могут. Про телефон скажи, что сама купила. Все равно проверить не смогут. Спросят, почему такой дорогой, скажешь, год на него копила, на школьных завтраках экономила.
Резко перебив нашу беседу, зазвонил мой телефон. От неожиданности Маша вздрогнула, а у меня появилось мерзкое предчувствие: упустили Фаину. Успел ведь кто-то ее предупредить. Ищи теперь ветра в поле!
– Геннадьевич, – ровным спокойным голосом сказал Щукин, – думаю, тебе надо самому сюда подъехать.
Так что ты сам собирайся, адрес знаешь?
– Упустили?
– Как тебе сказать, в общем-то, да, упустили. Навсегда упустили.
– Навсегда?
– Теперь уже да. Саша, она лежит посреди прихожей мертвая, задушенная удавкой. Убийца даже веревку с шеи снимать не стал, сволочь. Приезжай, сам все увидишь. Я следователя районной прокуратуры уже вызвал. Пока шуму большого поднимать не станем, мол, обычное убийство. Давай, дорогой, ждем тебя.
В доме напротив, где горело одно окно, вдруг засветилось второе.
С минуту я подождал, не загорится ли третье. Нет, пока только два. В этой пьесе пока только два покойника.
Первая мысль: если бы я смог пораньше поговорить с Машей, то, может, мы и опередили бы убийцу. Хотя ерунда все это. Может, успели бы, может, и нет. Чего гадать? Пока ничего не ясно. Опять одна муть.
Мысль вторая: куда мне девочку девать? Ее ведь нельзя одну оставить в кабинете. Поехать с ней на убийство? Опять-таки, не в квартиру же с ней заходить? Оставить одну в автомобиле? Это как в детской загадке про волка, козу и капусту.
Пока будешь перевозить через реку капусту, волк съест козу. Повезешь волка, коза съест капусту.
– Еще кого-то убили? – позевывая, спросила Маша, которая слышала разговор.
– Собирайся, поедем, проветримся.
– На убийство? Я покойников боюсь. Правда боюсь. А кого убили? Там страшно будет?
– Ты собралась, мать твою?! Едем!"
"Фаина жила в пятиэтажном панельном доме по улице Кропоткина.
