Муж, как я понимаю, потенциальный отец ребенка. Наталья могла родить, и родить в законном браке. Больше мне ничего не приходит на ум. Нет у меня других версий.
– Убрав мужа, некто избавился от потенциального ребенка Натальи? Смысл?
– Ребенок – прямой наследник Натальи. Он внук Сарибекова и его наследник тоже. Вся доля Натальи – это доля ее ребенка. Я не большой специалист в наследственных делах, но тут большого ума-то и не требуется. Если выбить из колоды потенциального отца, то число наследников уменьшается.
– Ты полагаешь, Наталья могла бы родить?
– Почему бы и нет? Она девушка непредсказуемая, могла и на такой шаг пойти. Сам посуди, ей что, пеленки самой стирать?
– Ну, об этом-то я не подумал. Точно, ей только родить самой, а там десяток нянек всегда найдут. Все равно муть какая-то.
– Муть не муть, но таковы события. И еще, возможно, очень важное в этой истории. Валера все равно бы проболтался про запись Наталье. Понятно, та побежала бы к отцу. Разборки были обеспечены, а судьба Валеры предрешена.
И вот этой записью кто-то демонстративно плюет в лицо сенатору. А заодно и Наталье. Есть в этом оттенок какой-то личной, издевательской мести. Это как удар под дых. Если у тебя есть еще какое-то объяснение, то выкладывай.
– Свежих предположений нет. Но само убийство и все это…
– Все это связано между собой, связано страстью сенатора к девочкам. Заметь, есть некто, кто знает про инцест, и есть некто, кто знает про тайную квартиру. Он, некто, из ближнего круга. Он давно в этом круге.
Никто на ум не приходит?
– Фаина?!
– Она и у меня кандидат номер один. Подходит по всем параметрам. Абсолютно по всем. Предположим, чисто теоретически, как в запутанном английском детективе, что Фаина родственница Сарибековым.
– А почему бы и нет? Она, кстати, какая-то не очень русская.
– Вот и я о том. Она теоретически может быть наследницей. А может продвигать какого-то таинственного наследника, быть его покровителем. Теперь, жена Сарибекова умерла, Мила с самого начала не в счет.
Мужа выгнали, и, следовательно, ребенка-наследника нет. Сарибекова убивают, и наследников остается двое. Их можно отравить, взорвать, подстроить автокатастрофу. Остается наследником тот, про которого сами сестры ничего не знают. Например, Фаина. А мы не знаем, откуда появилась Фаина и кто она такая на самом деле.
– А убийство?"
"– Сенатор решил вложить в наш авиапром восемьдесят миллионов долларов. Нам с тобой от этого ни холодно, ни жарко.
