Самохвалов смутился:
— В нашем ведомстве так не принято. К губернатору без разрешения начальника ГЖУ? Да он меня за это слопает. А разрешения Познанский не даст. Иначе сами понимаете…
В результате Лыков отправился к Интендантскому саду один. Беседа с Граном заняла пять минут. Алексей Николаевич сообщил, что, по сведениям, полученным агентурным путем, бандиты готовят какой-то экс. И пытаются раздобыть для него взрывчатку. В Иркутской губернии ее покупают со складов Нобеля все кому не лень. Надо положить этому конец.
Гран тоже заговорил о законности. И ловко переложил вопрос на генерал-губернатора.
— Селиванов как раз сегодня вернулся из поездки по округу. Хотите, я ему телефонирую?
— Хочу. Пусть примет меня быстрее. Пока у вас в губернии, Петр Карлович, ничего не взорвали…
В результате сыщик через час оказался в Белом доме. Он знал, что Селиванов в прошлом служил в приграничных западных округах, а в Виленском был даже генерал-квартирмейстером. Значит, он занимался вопросами контрразведки. Алексей Николаевич полагал, что это облегчит объяснение, и не ошибся.
Высокий, лысый, с седыми усами, генерал от инфантерии Селиванов принял чиновника МВД с недоумением. Чего надо во вверенном хозяйстве Департаменту полиции? Лыков выложил открытый лист, затем рассказал об агентурной информации. Где-то кто-то готовит налет с применением динамита. Купить его сейчас слишком легко, и он попадет в руки негодяев без особого труда. Хорошо бы наставить им рогаток. Сыщик изложил свой план: обязать горных исправников визировать абсолютно все заявки, подаваемые с их участков.
А на складах ужесточить контроль и учет взрывчатых веществ.
Селиванов заартачился. Пойдут жалобы в столицу, что генерал-губернатор мешает предпринимателям добывать ископаемые. Тут командированный вынул лист со сведениями подполковника Козлова. Сообщение о том, что японский шпион поселился в Иркутске и готовится взорвать уникальные тоннели Кругобайкальской дороги, впечатлили хозяина Восточной Сибири. Он сам воевал с японцами и цену разведчикам микадо знал.
Селиванов немедленно вызвал окружного генерал-квартирмейстера Кузьмина-Караваева и начальника отчетного отделения подполковника Языкова.
Питерец повторил свое сообщение. Когда он закончил, Языков молодецки выпятил грудь и спросил:
— Шпион у нас под носом, а мы тянем кота за хвост?
— В каком смысле?
— В таком, коллежский советник, что взять его — и в кутузку.
— На основании чего?
— На том основании, что он шпион. Письма его поганые предъявить.
