Вся моя жизнь – одно сплошное желание делать то, чего делать нельзя. И, боюсь, сегодняшняя ночь не станет исключением.
– Соблазнительно, – кивнула я, доедая суп. – Только сегодня я не напиваюсь и не танцую.
– Я как-нибудь это переживу, – ответил он.
Мы набросили куртки и вышли из квартиры. И из дома. А потом сели в «Теслу» и отправились в ночь.
* * *Вильям остановил машину на парковке у красивого здания, чуть ли не полностью сделанного из синего стекла. В стекле отражались лампы фонарей, стоявших вдоль подъездной дорожки.
Сразу за зданием располагалась пристань: на темной воде качалось несколько скоростных яхт. Ночь была на удивление лунной и тихой, что так редко случается в ноябре.
– Где мы? – поинтересовалась я.
– Дайвинг-клуб «Мурена».
– И… Нам сюда можно?
– Тому, у кого есть ключ, можно.
– А он у тебя есть, – закончила за него я.
– А он у меня есть, – подтвердил он, и мы оба рассмеялись.
– Работаешь здесь?
– Работал несколько лет назад.
– А потом тебя уволили, но ключ ты оставил себе? – еще громче захихикала я.
– Мне нравится ход твоих мыслей. Ты всегда предполагаешь что-нибудь этакое, Долорес Иден Макбрайд.
«Надо же, запомнил мое второе имя».
– У меня бурная фантазия… Извини. Продолжай. Значит, ты работал здесь… Кем?
– Инструктором по дайвингу.
– Вау… А потом?
– А потом мне предложили выкупить долю.
– И ты выкупил.
– И я выкупил."
"Вильям открыл дверь, и мы вошли внутрь. Он ввел код на панели сигнализации, а затем пропустил меня внутрь. Я вошла. На мраморном полу играли отблески уличных фонарей и неоновых ламп.
Темно-синее небо просвечивало сквозь стеклянный потолок, напоминавший идеальную полусферу. Сразу за стеклянными дверями виднелась гладкая водная поверхность бассейна. За другими стеклянными дверьми – ресепшн, бар и зал отдыха с белыми диванчиками.
– Вильям, как красиво! И теперь это все твое! И ты можешь приходить сюда, когда захочешь. Плавать… и даже сидеть на стуле ресепшионистки! Или пить бесплатный кофе в баре!
– Сидеть на стуле ресепшионистки? Какая же ты испорченная девчонка.
Я рассмеялась, и смех птицей закружил под полусферой потолка.
– И чем ты планируешь здесь заняться?
– Понырять.
Я никогда не посещала общественные бассейны. Вода в них – это компот из чужих биологических жидкостей, среди которых не только пот и слюна, но и, наверняка, кое-что похуже. Войти в такую воду для меня – все равно что искупаться в кислоте. Поэтому разбирало любопытство, как же вышел из положения Вильям.
