– Да ладно! – Мне не терпелось услышать продолжение. Я чуть из штанов не выпрыгивала, стул подо мной аж зашатался.
– Тео. Тео Хантер. Австралиец, бунтарь, экспериментатор… По его рассказам, чего он только не перепробовал. Кислоту, щелочи, спирты… Они тоже разрушают чужие белки, но серьезно вредят коже. И действуют почему-то не так быстро и эффективно, как горячая вода. Он многому меня научил. Например, что руки можно покрывать восковыми спреями – они создают плотную защитную пленку, и ты можешь прикасаться к чему угодно без перчаток.
– Где он сейчас? – улыбнулась я. – Может быть, он захочет стать моим бойфрендом?
Вильям долго молчал, пока не собрался с силами и не ответил:
– В могиле.
Воздух резко вырвался из моих легких. Так вот кого он хоронил…
– Не успел смыть то, что оставила на нем девушка. А она постаралась… Он был сильно пьян и потерял бдительность. Обжег кожу и истек кровью. Скорая ничего не успела сделать.
– Мне очень жаль, – вымолвила я.
– Все случилось на его дне рождения. Он приглашал меня, но я подумал, что не смогу провести сутки в самолете с ожогами, в бинтах… Пожалел себя.
И в результате потерял друга…
Вильям сжал челюсти и отвернулся. Алкоголь разговорил его, сорвал все замки, за которым он прятался, и я вдруг осознала, какая большая оказана мне честь: он позволил себе выглядеть передо мной слабым и разрушенным.
И я не сдержалась – опустила руку на его ладонь и сжала ее. Вильям посмотрел на мою руку, повернулся и вдруг сказал:
– Сейчас я жалею, что рассказал тебе о воске и горячей воде.
Потому что если с тобой что-то случится – это останется на моей совести… Вода – не панацея. Всего лишь уловка. Тонкая проволока, придерживающая створки капкана. Пока ты начеку – опасности нет, но стоит зазеваться… Лори, будь осторожна. Всегда. Я очень тебя прошу…
Вильям поднял руку и подозвал барменшу. И меня снова качнуло на стуле, когда он сказал:
– Еще один стакан для девушки, пожалуйста.
– Нет, Вильям, нет. Кто повезет тебя домой? – заспорила я."
"– Возьмем такси, а моя машина подождет на парковке до утра.
Серьезно, Долорес. Выпей со мной…
Я заколебалась, понимая, что это не самая лучшая идея. Но он просил меня. Он просил, и ему было плохо. И, очевидно, ему нужен был не тот, кто будет сидеть рядом, трезвый и рассудительный, и присматривать за ним, – а тот, кто разделит с ним горе…
В общем, я сдалась. И достала из сумочки еще одну стерилизующую салфетку. Вильям плеснул в мой стакан джина, и я осторожно приложилась губами к стеклу.
