Елена Сергеевна уходит, и буквально через минуту в дверь раздается стук.
Уверенная в том, что домработница что-то забыла, я открываю и вижу... Валеру.
Его лицо выглядит уставшим, а глаза беспокойными; короткие темные волосы слегка взъерошены, словно он только что прошелся по ним рукой, а кожа, обычно ровная и здоровая, поражает бледностью и проступающими непривычными морщинами.
- Что ты здесь делаешь? - холодно спрашиваю, испытывая шок от внезапного появления мужа.
- Приехал мириться, - замечаю огромную корзину бордовых роз у него в руках.
-
Пожалуйста, дай мне еще один шанс объясниться. Я осознал свои ошибки, и хочу попытаться все исправить.
Глава 29. Настя
- Я за тебя рада, но меня твое осознание мало волнует. Кажется, ты плохо понял? Валера, я не собираюсь мириться, - твердо отвечаю.
- Можно я зайду? Вот, - протягивает цветы. - Купил, чтобы порадовать.
Супругу, конечно же, невдомек, что у меня этой радости полный номер. Шагаев не скупится на романтические жесты, и делает это просто так, а не как законный – желая загладить свинские поступки, перед этим не раз наплевав в душу.
- Нет, уже поздно, нам с детьми завтра рано вставать.
- Настя, я проделал такой путь, удели мне хотя бы час, - смотрит такими несчастными глазами, что его действительно становится жаль.
- Двадцать минут, - разрешаю войти. - И, пожалуйста, потише. В соседней комнате спят дети.
- Ладно, - покорно кивает.
Валера входит и тут же охает.
- Ничего себе! Откуда все эти букеты? Смотрю, настоящая оранжерея, - его лицо выражает недовольство.
- Ближе к теме. Моя личная жизнь тебя больше не касается, - решительно заявляю.
Валера замолкает.
В этот момент вибрация моего телефона нарушает тишину. Я вижу, как глаза мужа вспыхивают гневом.
- Это он? Шагаев? - в голосе слышится острая нотка ревности и злобы.
- Во-первых, не твое дело, кто мне звонит. Во-вторых, с недавних пор я не обязана перед тобой отчитываться. Но раз ты так интересуешься... - специально затягиваю паузу, наслаждаясь его нервами, - да, это Шагаев.
И что?
Валера краснеет, с отчаянием вглядываясь в глаза, но мне все равно. У меня есть личная жизнь, и он в ней больше не участвует.
До мужа, похоже, начинает доходить, что попытки вернуть семью или управлять моими чувствами теперь обречены на провал.
- Ты изменилась, - произносит, словно обвинение.
- Благодаря тебе и твоим загулам, - отвечаю спокойно. - Я просто адаптировалась. Ты предал меня, и пришлось научиться защищать себя и своих детей.
