— Эй, ты не можешь часами ворчать о том, что, по-твоему, встреча с Триксом — ужасная идея, а потом злиться, что я не могу гарантировать, что это произойдет! — сказала ему Мерцание. — Выбери одну жалобу и придерживайся ее.
Сандор схватил свой меч и продолжил обход силового поля.
Софи снова опустилась на землю, обхватив себя чуть крепче.
— Что заставляет тебя думать, что он собирается появиться?"
"Мерцание повернулась, чтобы посмотреть на горы.
— Может быть, это надежда. Может быть, это предчувствие. Или, может быть, это потому, что я спланировала это так идеально, что он не сможет устоять.
Она делала то же самое заявление каждый раз, когда кто-то пытался отклонить одно из ее требований о встрече. И тот факт, что все, в конце концов, отступили, красноречиво говорил о том, как отчаянно они хотели, чтобы это произошло.
Совет оставил Мерцание отвечать практически за все.
Она выбрала этот день.
Время.
Место.
Они даже позволили ей выбрать группу, и она остановила свой выбор на Таме, потому что он был единственным человеком, которому она действительно доверяла.
Маруке, потому что она могла защитить их силовым полем. Уайли, потому что Совет рассчитывал на то, что он даст полный отчет. Софи, потому что Трикс захотел бы поговорить с Мунларком. И Сандором, потому что она знала, что Софи ни за что не отпустят без него.
И это было все.
Никаких Членов Совета.
Никаких членов коллектива.
Ни одного из друзей Софи.
Никаких исключений.
Мерцание также настояла на том, чтобы никто из них — кроме Сандора — не брал с собой никакого оружия.
У них был телохранитель, силовое поле и их способности, если они действительно нуждались в них. Все, что выходит за рамки этого, может привести к обострению ситуации.
И Софи определенно понимала беспокойство Мерцания.
Но… она все равно сунула Надежду в свои потайные ножны, прежде чем выйти.
Она добросовестно практиковалась с Надеждой каждую ночь, как показала ей Ро… и, возможно, этот процесс действительно формировал связь, потому что дополнительный вес на ее плечах странно успокаивал, и ее пальцы продолжали чесаться, чтобы протянуть руку назад и схватить клинок.
Или, может быть, все это ожидание просто вызвало у нее желание ударить кого-нибудь ножом.
— Значит, мы уйдем после захода солнца? — сказал Уайли, указывая на небо, где солнце медленно опускалось к горам, окрашивая облака в золотой и оранжевый цвета. — Ты понимаешь, что, вероятно, остался всего лишь часе?
Мерцание кивнула.
— Многое может измениться за час.
