Человек, приехавший в Швецию из соседней Норвегии и сделавший головокружительную карьеру в огромном концерне Аксбергера. Но как это получилось? Как студентка, изучавшая литературоведение, могла заполучить в кураторы самого Вальтера Лунда?
Перелистав брошюру, Фредрика решила заняться этим вопросом вплотную. На последней странице имелся список сотрудников кафедры и их контактные данные. Имя научного руководителя Густава Шёё было обведено красным фломастером.
А рядом – еще одно имя, написанное от руки тем же красным фломастером:
«Спенсер Лагергрен, кафедра литературоведения, Упсальский университет».
Красное кольцо ударило Фредрике в глаза – по телу разлилась слабость.
Не успев подумать, что делает, она свернула брошюру вчетверо и засунула в карман куртки. Остальные материалы, которые намеревалась взять с собой, сложила в полиэтиленовый пакет. Затем погасила фонарик и пошла обратно в дом.
– Я закончила, – сказала она тетке Ребекки. – Я хотела бы взять это с собой, если не возражаете.
Она показала ей пакет, чувствуя, как брошюра жжет карман.
Дышать было трудно.
Спенсер!
Человек, который однажды поклялся никогда ей не лгать. И который внезапно решил засесть дома ради ухода за ребенком.
Любимый, что ты скрываешь от меня?
17"
"Алекс Рехт не мог решить, как действовать дальше. Хокана Нильссона отправили домой, однако следственная группа не прекратила наблюдения за ним. Продолжалось и прослушивание телефона – как стационарного, так и мобильного.
Фредрика, вернувшаяся после визита к тетке Ребекки, заперлась в своем кабинете с привезенными оттуда материалами.
Она отчиталась в нескольких словах, утверждая, что надо поближе изучить организацию кураторов. Алекс был в душе не согласен с ней, но, поскольку других убедительных версий не имелось, возражать не стал.
Он взглянул на часы. Скорее всего, уже скоро Фредрика отправится домой и вернется не раньше понедельника. Дай бог, ей удастся примирить интересы семьи и работы. Группе не нужен еще один Петер.
Алекс решил позвонить Турбьерну Россу и поблагодарить за приглашение на рыбалку.
К сожалению, он вынужден отказаться. Слишком много работы. Слишком много всякого, что надо осмыслить. Слишком…
– Турбьерн Росс.
– Привет, это Алекс. Я только хотел сказать, что с удовольствием поеду с вами на выходные.
«Что я такое говорю?» – спохватился он.
Руки у него вспотели. Неужели он совсем лишился рассудка?
– Черт, как я рад, – ответил Турбьерн. – Я думал, ты откажешься.
Сам Алекс тоже так думал.
