Мать и юридический представитель: Фредрика Бергман. Отец и юридический представитель: Спенсер Лагергрен.
Сердце заколотилось, пульс подскочил.
Что происходит, черт подери?
Почему Фредрика ни словом об этом не обмолвилась?
«Она не знала», – одернул он сам себя. Никто в группе не произносил имени Спенсера Лагергрена вслух.
От стыда Петер закрыл лицо руками. Конечно же, чертовски странно, что никто в рабочей группе не знал имени мужчины, с которым живет Фредрика, но еще более дико, что Петер позвонил Спенсеру, не проверив перед тем его данные.
Какая оплошность! Спенсер наверняка ломает голову, чем там занимаются коллеги Фредрики.
– Чертовски непрофессионально! – пробормотал Петер.
Тут зазвонил мобильный телефон, и Петер с облегчением убедился, что это его брат Джимми.
– Ты ответил!"
"В мире младшего брата легко было держаться на высоте: для него Петер всегда был королем и оставался непогрешим, даже когда невольно обманывал его ожидания.
– Ясное дело, я ответил. Ведь ты же мне позвонил!
В телефоне раздался беззаботный смех Джимми.
Они поговорили. Джимми рассказал, что ему доверили вывести на прогулку собаку. И еще они пекли печенье. Джимми взял печенюшку и угостил собаку.
Петера вдруг охватила скорбь. Еще несколько лет – и его сыновья перерастут своего дядю.
– В выходные было хорошо, – сказал Джимми.
Он имел в виду субботу, которую почти целиком провел с Петером и его семьей. Получилось куда больше, чем совместный ужин, – Джимми попросил забрать его еще в середине дня.
– Да, хорошо, – ответил Петер.
– В следующие выходные снова?
– Может быть. В любом случае, скоро увидимся.
Поговорив с братом и положив трубку, Петер почувствовал пустоту в груди. Психолог, к которому он ходил, посоветовал ему продолжать относиться к Джимми как к источнику радости и не переживать из-за всего того, чего лишен в жизни его брат. Сам он взрослеет, а Джимми так и остался ребенком, но не стоит мучиться по этому поводу угрызениями совести.
Однако сколько бы раз ни повторяли Петеру эти слова, они не помогали.
Он все равно то и дело ощущал укол совести.
– Спенсер Лагергрен! – Алекс вошел к нему и прервал его размышления.
Петер застонал:
– Мне очень стыдно, что я допустил такой промах. Я понятия не имел, что это бойфренд нашей Фредрики.
– Что ты сказал? – Алекс затворил за собой дверь. – Что ты сказал про него? И о чем ты вообще?
– Это тот человек, с которым живет Фредрика. Отец ее ребенка. – Петер указал на экран.
