— Рейд… боевой… на континенте…
— Если это боевой рейд, где легионеры? — резонно спросил Тигрис. — Ты их видишь? Нас отправляют в рейд только в составе Легиона. Раскидывают по разным центуриям, забыли, что ли?
— Легионеры могут быть на точке сбора, в лагере, там и раскидают…
— Ерунда, Занг! Здесь второй круг полностью. А в рейд обычно берут всего несколько человек! — не согласился Тигрис. — Нет, скорее всего – патруль, охота или какие-то учения.
Мне было все равно. Уткнувшись лбом в иллюминатор, я смотрел на мелькающую внизу землю.
Пока винтокрыл набирал высоту, можно было разглядеть в подробностях, что находится за Стеной Зигфрида.
Синяя лента реки и правильные линии искусственных каналов, перечеркнутые серебристыми дугами мостов. Водохранилища, огромные цилиндры водоочистных станций. Исходящие паром гребенки геотермальных генераторов и бесконечные поля солнечных батарей. Видимо, энергии тому, что располагалось дальше, требовалось действительно много.
За рекой и каналами, скорее всего, размещались основные промышленные производства и склады готовой продукции.
Я видел десятки километров одинаковых ангаров и комплексы зданий, которые не могли быть ничем иным, как корпусами заводов. Все работало, как заведенный механизм – игрушечные караваны машин принимали и перевозили грузы, тысячи людей-муравьев суетились, обслуживая производственный процесс. От масштаба увиденного немного захватило дух – чтобы на пустом месте организовать подобное, требовались десятки лет упорного труда и железная дисциплина.
Здесь ковалась мощь Города. Возможно, именно тут находились Репликаторы, фабрики 3Д-печати и сборочные цеха, где из десятков тысяч Схем круглосуточно штамповали готовые изделия или компоненты для более сложных устройств. Все что угодно: от одежды, мебели и игрушек до электроники, оружия или продвинутой техники, типа мобиля или винтокрыла. Мне были неизвестны детали, но молекулярная репликация позволяла создавать все что угодно при наличии Схемы и необходимых расходников.
Сотни лет, скрупулезно, с риском для жизни, Город по всему миру собирал и концентрировал у себя древние, невоспроизводимые ныне механизмы и технологии Утопии – и результат был нагляден.
Страшно представить, сколько труда, скольких жизней и сколько крови он стоил – и тем понятнее становилась ненависть Города к Одержимым, которые решили уничтожить последний оплот цивилизации, созданный совместными усилиями сотен тысяч людей.
Стена Прометея промелькнула серой дугой далеко внизу.
