Наверняка настоящий Ахриман не по зубам группе трибутов – это всего лишь подделка, слабая копия. Я убеждал себя, а азур-создание как будто дожидалось нас, подобное исполинской призрачной кобре. И таймер неумолимо тикал.
Четырнадцать минут.
— Вперед, — приказал я негромко. — Обходим его полукругом, помогаем друг другу.
Что можно рассказать об этой драке?"
"О том, как Мико плела проекции уклонения и действий, а мне опять зверски не хватало ресурсов цифрового клона? Как легионные азур-клинки резали упругую черную псевдоплоть, мгновенно распадавшуюся хлопьями слизи? О том, как в мозг ввинчивался издевательский тонкий голос Ахримана, и мне пришлось на полную катушку применить все пси-способности, чтобы товарищи не обезумели, не попали под контроль и не убежали? Как Тварь создавала и выплескивала волны черных теней, и нам раз за разом приходилось уничтожать их – клинками и прикладами, врукопашную? Как трое уцелевших трибутов, накрепко стиснутые «Повелителем» стали орудием моей воли и, подобно зомби, сражались с ужасом в глазах? Мне было невероятно жаль их – но я не мог отступить в одном шаге от цели.
Мастер Кей мог прервать испытание, был на исходе таймер – я должен был победить!
Несмотря на виртуальность, а во многом как раз из-за нее, эта схватка стала одной из самых кошмарных в моей недолгой биографии. Трое товарищей погибли, пожранные Ахриманом, и смерть их была ужасна.
Они сознательно были принесены в жертву, чтобы дать выиграть битву, в которой мы должны были потерпеть поражение.
Но мы победили.
Эстер была тяжело ранена. Она задыхалась от боли и не могла произнести ни слова, привалившись к стене. Асмунд – второй выживший, просто блевал кровавыми соплями, стоя на четвереньках. На мне тоже не было живого места, левая рука висела плетью, под разбитым «Гардианом» тело пронзали судороги боли. Утешало лишь то, что боли – фантомные, через две минуты мы вылезем из капсулы целые и невредимые…
Скрипторий.
Журавль.
Я разбил рукоятью сломанного клинка тонкую перегородку скрытой ниши. Зеркало исчезло, обнажив полую нишу за ним. Я жадно вгляделся внутрь – и не поверил своим глазам.
Глава 22
Там было пусто.
Абсолютная, девственная пустота. Я провел рукой, пытаясь нащупать что-то невидимое или отыскать какой-то знак – бесполезно.
Ничего.
