– Ты всем довольна, Полли? – поинтересовался у нее мистер Шоу, который время от времени появлялся в столовой, чтобы потом дать отчет бабушке, как проходит праздник.
– О да, сэр, – подтанцевала Полли к углу, где стоял глава семейства. – Я прекрасно провожу время.
– Она покорила всех друзей Тома, – бросила, проходя мимо, Фан.
– Они так добры, что все время меня приглашают, и я совсем их не боюсь, – пританцовывала на месте в такт музыке Полли.
– А молодых джентльменов, значит, боишься? – игриво дернул ее за кудряшку мистер Шоу.
– Да, всех, кроме мистера Сидни, – ответила Полли. – Вот он ничего из себя не корчит и… Ой, он… Трикс правильно говорит: он танцует как ангел.
– Папа! – подбежала к ним Мод. – Хочу, чтобы ты со мной вальс станцевал. Фан мне не газгешает к ней подходить, потому что мое белое платье не сочетается с ее гозовым. И Том со мной танцевать отказывается. А я хочу танцевать.
– Моди, да я уже и забыл, как танцуют, – вздохнул мистер Шоу. – Попроси лучше Полли. Она вот и впрямь хорошенько тебя покрутит.
– У меня на следующий танец записан мистер Сидни, – с важностью глянула та на ребро веера. – Но надеюсь, он не обидится, если я вместо него потанцую немножечко с бедненькой Мод. Ведь мы уже много с ним танцевали, а ей за весь вечер еще ни разу не удалось. Будет нехорошо, если я вдруг в последний момент передумаю? – посмотрела она на высокого и изящного мистера Сидни, который уже стоял рядом.
– Да нисколечко, – улыбнулся ей молодой человек, он прекрасно понял по ее виду, в чем дело.
– С удовольствием уступлю свое место Мод, но, пожалуйста, запишите меня дальше в очередь.
– Ну до чего же прелестна, – сказал мистер Шоу, наблюдая, с каким изяществом Полли кружится в вальсе с его младшей дочерью.
– В чудесную женщину превратится, если жизнь ее не испортит, – залюбовался ею в свою очередь мистер Сидни.
– Полагаю, ее избавит от этого здравомыслие матери. Она крайне разумна, – с уважением произнес мистер Шоу.
– Ах, как это важно, – выдохнул с грустью его собеседник, совсем недавно лишившийся замечательной матери.
Когда объявили ужин, Полли сопроводил к столу один из скованных молодых джентльменов и, вежливо усадив ее подле себя, подал ей тарелку с крошечной порцией мороженого и миниатюрным пирожным макарун. На все попытки девочки разговорить его он отвечал односложными фразами, зато основательно налег на еду – себе он положил полную тарелку. Полли уже не знала, куда деваться от скуки и голода, но тут к ней подоспел на выручку Том.
