Полли перекинула через руку фланелевую ткань, которой, к счастью, не суждено было стать погребальным саваном, с удовольствием ощутила ее мягкость и вошла тихонько в спальню мисс Миллз."
"В тусклом свете лампы осунувшееся лицо на подушке казалось особенно бледным. Полли сперва посчитала, что девушка крепко спит, но когда подошла вплотную к кровати, то увидела широко раскрытые темные глаза. В них промелькнуло изумление, потом неуверенная улыбка, а затем мольба. Словно Джейн молча просила прощения за беспокойство, которое всем доставила своим ужасным поступком.
Взгляд бедной девушки был настолько красноречив, что слова здесь были бессильны, и Полли нашла единственный верный путь к исцелению этой несчастной души – обняла и поцеловала. Дженни ответила ей тем же, а затем они обе разрыдались, освобождаясь от тяжести на сердце.
– Все так добры, – наконец проговорила сквозь всхлипы Джейн. – А я была нехорошей и доброты совсем не заслуживаю.
– Неправда. Заслуживаешь. Просто не думай больше об этом и позволь нам заботиться о тебе, – тихим голосом отозвалась Полли.
– Прежняя жизнь была тебе непосильна, и нам очень хочется, чтобы в новой ты стала счастливее, – объяснила она просто и без малейшего снисхождения, точно вела беседу с давней подругой, которую нужно ободрить.
– Ты здесь живешь? – вытерев слезы, поинтересовалась Дженни.
– Да. Мисс Миллз сдает мне комнату наверху. У меня есть кошка, птичка, цветы и рояль, – рассказывала Полли. – Если завтра достаточно окрепнешь, обязательно поднимись ко мне.
Я очень рада, что ты рядом. В доме до тебя не было молодых людей. А мне одной скучно вечерами.
– Ты тоже шьешь, как мисс Миллз? – полюбопытствовала Джейн.
– Нет, – покачала головой Полли. – Я учительница музыки. Целыми днями ношусь по городу и даю уроки.
– Вот это да! – у девушки загорелись глаза. – Такая хорошенькая и на рояле умеешь играть, – она кинула уважительный взгляд на крепкие пальцы собеседницы, которыми та сжимала ее худенькие слабые руки. – Ты каждый день работаешь над прекрасным, – выдохнула восторженным шепотом Дженни.
И Полли ощутила себя настоящей богачкой. Как она могла жаловаться, что ей не удалось попасть на вечеринку, да еще лить по этому поводу слезы? Она, у которой есть и любимое дело, и любящие родные. Какая глубокая пропасть лежит между ней и этим растерянным существом, лежащим на кровати. Вот с кем она обязана поделиться своим богатством, как в детстве делилась сладостями с младшими братьями и сестрами.
