— Ну что, с датой свадьбы определились? — неожиданно выдает Мир, а я запинаюсь на ровном месте прямо посреди зала и роняю телефон экраном вниз, от чего он полностью покрылся битой паутинкой. — Приглашения ждать? — Савельев за секунду преодолевает расстояние между нами и оказывается рядом. Подходит ко мне вплотную, преграждая путь к побегу. Взглядом прожигает насквозь, словно пропитывает меня своей болью.
— Дай пройти, — хриплю несмело, но не свожу с него глаз. Мне хочется броситься ему на шею, крепко обнять, поцеловать, снова почувствовать родное тепло…Но я не могу.
Запреты сильнее желаний. — Мне правда нужно идти.
Мир молчит, лишь заторможенно моргает. Облизнув нижнюю губу, едва ощутимо ведет ладонью от моего плеча до запястья. И, кажется, что мы оба не дышим, пока наши пальцы не переплетаются.
Боже, как же сильно я по нему скучаю. Как же сильно его люблю!
На контакте вздрагиваю, как будто в кожу ввинчивают миллионы маленьких иголок. Все внутри гореть начинает, а пульс совершает немыслимые скачки.
Хочется прикрыть глаза, чтобы перевести дыхание, но тогда я потеряю минуты, в которых могу смотреть на Мирона.
— Аня… — шепчет Мир и тут же хмурится. — Это, блядь, слишком жестоко, — он опускает взгляд и слегка приподнимает мою руку, где на безымянном пальце противно поблескивает помолвочное кольцо. — Это же не… Скажи, что это просто тупая безделушка, которая никакого смысла не несет! — Савельев ведет головой и, снова выругавшись, сжимает челюсти. Раздувая ноздри, сводит брови к переносице.
Его в прямом смысле начинает лихорадить от удушающей ярости. — Ты, блядь, не будешь это носить! Не будешь! Никогда! — выпаливает резко. Сжимая мое запястье, стягивает удушающий обруч вокруг пальца и отбрасывает его в сторону.
И как только кольцо оказывается на полу, я чувствую облегчение, словно Мир освободил меня от оков. Но этого недостаточно, чтобы спасти то, что разрушено.
— Тихая, как думаешь, мы с тобой встретимся в аду или в раю? — яростно тянет воздух Савельев.
От этого вопроса теряюсь.
— Я тебя не понимаю, — из глубины моей груди вырывается отчаянный скулеж, по телу бежит мелкая дрожь, но не от холода. Делая шаг назад, разрываю контакт. Прикрываю глаза, медленно делаю вдох и также медленно выдыхаю. Думала, что в критической ситуации смогу собой управлять, но все же потерпела крушение и теперь меня просто рвет на части. — Нам не стоит больше видеться и даже говорить.
Взмахнув ресницами, фокусирую взгляд на двери и шагаю в сторону, чтобы уйти.
