— А ты эгоист и собственник, Савельев! — возмущенно говорит Тихоня, пряча улыбку. Но этот голос, знакомый до каждого децибела, пробирает меня до дрожи.
— Ага, — киваю и ловлю ее губы.
Аня протяжно выдыхает, но не сопротивляется, позволяя мне целовать себя. Губы Колючки теплые и мягкие, и от них по всему телу расползается приятная истома. Слегка прикусываю ее нижнюю губу, заставив новенькую тихо застонать, и провожу языком по верхней. Аня подается мне навстречу, выгибается, словно кошка. И в этот момент я забываю, где нахожусь, полностью сосредоточившись на Тихоне.
Задирая футболку, начинаю путешествовать по ее телу, вырисовывая разные маршруты. Прикусываю кожу на плече, оставляю засос. Знаю, что Аня за это отчитает меня, но так я, будто присваиваю ее себе.
Влажно целую обнаженную грудь, играя с острыми словно пики сосками, медленно курсирую к югу, смакуя каждое прикосновение к коже и собирая ртом мурашки. Аня цепляется за мои плечи, снова оглушает стонами. И эти сексуальные звуки срывают мне башню.
Она всегда такая отзывчивая? Она везде такая сладкая?
Я хочу попробовать ее всю. Пометить каждый сантиметр идеального тела, оставить не то что засосы, а шрамы оставить хочу.
— На взлет идем? — вроде как задаю ей вопрос, предоставляя право выбора, но каким бы ни был ответ, я украду у Тихони еще один оргазм.
— Мы же уже летали, Мир, — приподнимаясь на локтях, новенькая часто дышит. Внимательно смотрит за тем, как мои поцелуи спускаются все ниже.
— Мне всегда тебя будет мало, Тихоня. И в моей зависимости виновата только ты, — поднимаю голову и смотрю ей прямо в глаза.
— И в чем же моя вина?
— Твое преступление — твоя красота… — припечатываю одержимо и снова возвращаюсь к поцелуям.
Лаская талию, бедра, целую Аню в районе солнечного сплетения, при этом глубоко втягивая носом кислород, смешанный с ее запахом. Дикое, животное желание сотрясает меня до самых пяток. И это уже не изменить."
"Я спускаюсь ниже и провожу языком по ее плоскому животу, рисуя круг вокруг аккуратного пупка, останавливаюсь у резинки шорт, цепляю ее зубами и, вибрируя весь от похоти, медленно тяну вниз.
Мышцы сводит от напряжения, а налитый до предела член болезненно пульсирует и требует жесткого траха, но я снова задвигаю его, одержимый желанием довести Колючку до оргазма.
Стягивая с Тихой шортики, вижу на ней белые хлопковые трусики с маленьким бантиком. Вроде бы все максимально скромно, но, блядь, даже сейчас она выглядит как Богиня. Моя Богиня. И я хочу ее всю.
