Я забываю и про Макса и про его родителей, я просто внезапно начинаю чувствовать себя счастливой. Умиротворенной и… словно летящей. Я ускоряю шаг, коляска едет быстрее, а я и правда будто бы лечу.
— Привет, — Степан поднимается со скамьи, делает два размашистых шага к мне, а затем обнимает. Нежно целует в щеку и гладит ладонью по спине. — Какая же ты все-таки маленькая, — шепчет он и, перед тем как отстраниться от меня, еще раз проводит ладонью по моей спине, словно пытается пересчитать все мои позвонки.
Но куда там, через пальто это сделать нереально.
— Не такая я уж и маленькая, — зачем-то начинаю оправдываться я. — да, худая, но все же рост…
— Ну-у… — Степан улыбается шире, и заглядывает в коляску, со спящей Леночкой, — все же по сравнению со мной, ты очень маленькая.
— Еще бы, — хмыкаю я.
Куда мне до его метра девяноста с лишним? Не стоит и соревноваться. Но все же маленькой себя я не считаю. Вот моя подруга Майя, она да — миниатюрная маленькая куколка. Во мне же, конечно, нет модельного метра восьмидесяти, но и со своим метр семьдесят один мне живется очень неплохо и главное выше многих других.
— Предлагаю на этот раз пройтись. Да и Лене, наверное, на ходу спаться будет лучше.
Я киваю и надавливаю на ручку коляски, чтобы та сдвинулась с места. Так мы начинаем нашу прогулку.
В ответ на мое вчерашнее сообщение Степан предложил встретиться мне вечером, и куда-нибудь сходить. Но я не согласилась. Могла, конечно, оставить Лену с Майей, но я не была готова к походу в кафе или куда-либо еще.
И не потому, что боялась пересечься со знакомыми мужа. Об этом я почему-то думала в последнюю очередь или даже не думала вовсе. А думала я о том, что у меня не было новой красивой… точнее подходящей к случаю одежды. Все, что я покупала во время беременности и уже после родов было повседневными, очень удобными, но не особо то привлекательным.
А перед Степаном хотелось выглядеть именно привлекательно.
На этот раз коляску катим мы не вместе.
Я одна, но Степан идет рядом, приобняв меня. И я ему это позволяю. Просто не могу попросить его убрать руку с моей талии. Да и к тому же через пальто я и не чувствую мужского тепла, а хочется. Господи, как же хочется.
И тепло Степана ощутить и, чтобы он меня опять поцеловал.
Да, мысли и желания мои отвратительны, но хотя бы я откровенно сознаюсь самой себе в них. Остается только рассказать Степану о том, что у меня есть муж и, что Лена моя.
