Боже, как давно я хотел услышать эти слова… Именно так, дома, в мирной и спокойной обстановке, а не с автоматом за спиной, когда все бегом-бегом и думаешь не о вкусной еде, а о том, как бы просто быстрее закончить прием пищи, чтоб сверху ничего не прилетело.
И хотя сейчас у меня тоже было не все хорошо, все же хотелось растянуть подобные моменты как можно дольше. Получить наконец то, о чем много раз вспоминал, жалел и так хотел все вернуть. Эх, странная штука жизнь. Чертовски странная…
Наваристый домашний борщ, это я вам скажу просто нечто.
Особенно, когда его правильно готовят, с сухариками и чесноком…
Следующие два дня я отсыпался, отъедался, гулял по городу и приводил мозги в порядок. Сгонял в военкомат, поставил отметку о прибытии в отпускной билет. Заодно повезло, поставил сразу и об убытии, чтоб два раза не ездить, хотя так запрещено.
Никто меня не беспокоил, не пытался выйти на контакт. Дома хорошо. Мы то и дело болтали, я помогал по дому — хотя какие могут быть дела в квартире? Уборка, готовка.
Все!о
Кстати, по телевизору наконец-то официально объявили о том, что война в Афганистане длившаяся чуть более семи лет, наконец-то окончена. Полной победой. И вешал с экрана не абы кто, а сам товарищ Горбачев. Тогда же он и сообщил, что братский народ республики теперь нуждается в экономической помощи, а взамен готов предоставить открытое пользование полезными природными ресурсами, торговлю и прочие блага. Конечно, страна терзаемая войной многое потеряла, но все это можно было отстроить, восстановить.
Государством готовилась масса крупных проектов…
Смотреть на это было может и интересно, но слишком уж все подано красиво и идеально. Все потому, что порядка в ДРА не будет ещё год — минимум, одиночные вспышки сопротивления недовольных — куда же без этого?!
Под конец третьего дня, у нас в прихожей внезапно зазвонил телефон и я как-то безошибочно определил, что это меня…
Трубку взяла мама, но почти сразу отдала ее мне:
— Сынок, это тебя! — прошептала она.
— Слушаю, Громов! — по привычке ответил я, взяв пластиковую трубку.
— Громов?! — я пока еще не понял, с кем говорю. — Узнал?
Глава 8. Волгоград
— Кэп? — уточнил я на всякий случай."
"— Это подполковник Сизов! — голос собеседника был слегка искажен, что и вызвало мое недоумение. Чем искажен и почему, не знаю. Не готов доложить. Поначалу мне вообще показалось, что это майор Игнатьев. — Ладно, слушай внимательно! Завтра в одиннадцать утра ты должен быть на КПП авиабазы «Белая».
