— В бункере, где производилось химическое оружие, вы обнаружили секретный архив, так ведь? Знаете, что там?
— Нет, — я недовольно покачал головой, а сам поразился — ты гляди, какой он осведомлённый. Да об этом мог знать только сам Калугин. — И мне это совершенно не интересно. Меня больше интересует моя собственная судьба, мой карьерный рост. И пока с этим у меня все хорошо. А что там генералы в вышестоящем штабе делают, мне все равно. Тем более, я отношусь к ГРУ! Так что, зря вы сюда приехали. Я не тот, кто вам нужен.
Костя посмотрел на меня растерянным взглядом, вероятно не ожидал ничего подобного. Даже глазами захлопал от изумления. Мне, собственно, все равно, что он там мог подумать. Я прекрасно понимал, что должен отказываться от всяких мутных вещей, учитывая обстоятельства — я на крючке у Калугина.
А ещё я в отпуске. А потому, не исключено, что меня действительно проверяют перед тем, как что-то поручить. Зная, какой закалки этот старый офицер, зная род его деятельности, немудрено, что он хочет в очередной раз убедиться, стоит ли мне доверять.
— Но… Как же так?
— Без всяких но! — отрезал я. — Вы ошиблись! Меня не не интересуют подобные вещи. И рекомендую вам Константин прекратить заниматься подобным, попадете в беду. Об этом разговоре я вынужден буду доложить. Ясно?
Костя несколько раз быстро и часто покачал головой, тяжко вздохнул. Взгляд у него был предельно растерянным, но что-то мне в нем все равно не понравилось — что-то фальшивое. Дрожащими руками он сложил конверт и сунул его обратно во внутренний карман своей дублёнки.
Скривился, развернулся и зашагал прочь. Даже не стал прощаться. Ни разу не обернулся.
А мне все равно, я двинулся по своим делам. При этом, я буквально чувствовал, что все сделал правильно. Согласись я на эту аферу, появились бы серьезные проблемы. Возможно, не сразу, но точно ничего хорошего в этом бы не было — чуйка и здесь дала о себе знать, чем и помогла принять верное решение."
"Я продолжил свой путь, ещё раз убедившись, что Костя ушел и вряд ли ещё как-то меня потревожит с мутными делишками.
С одной стороны понятно, почему это было сделано здесь, в Батайске — обстановка тут вполне себе позволяет и располагает. Где-то на службе было бы странно и опасно провернуть такое — гарантированный отказ с моей стороны. А здесь, почему бы и нет?
Вот только они просчитались — меня таким макаром не взять. Подвох я уловил сразу и хотя никаких доказательств у меня пока не было, я чувствовал, что поступил правильно.
