Пожалуй, обычный человек не обратил бы на это никакого внимания, считая, что перед ним старый человек, но я-то знал с кем имею дело. Мимика человека о многом может рассказать, подсказать, чего ожидать… Впрочем, это несложно скрывать, если подозрений нет.
Кикоть ещё во время нашей первой встречи в поезде, идущего с Астрахани в Мары говорил, что ранее долгое время был то офицером советской армии и недавно ушел на заслуженную пенсию, то ли был одним из старших офицеров КГБ ещё в семидесятых. Хрен там разберёт.
Разъезжал по югу страны, навещая друзей и бывших боевых товарищей, а может как раз-таки агентов вербовал.
Любопытно, что по его словам, ушел он в звании полковника, с наградами и прочими привилегиями, но сейчас позиционировал себя как, как гражданский человек."
"Правда это или нет, сложно сказать. Тогда я поверил, ведь не было оснований не верить или сомневаться в словах незнакомого человека. Он показался обычным, хотя и любознательным военным пенсионером, не более.
Это нормальное. А судьба вон как все расставила на свои места, мда…
Это же он дал команду Алексу покончить со мной в поезде! Именно он! А Алекс не справился. Но не потому, что была личная неприязнь, а потому что на меня был заказ… Кому-то я мешал, не скрою.
С виду, хоть он и старик, несмотря на неплохое для его лет физическое состояние, но на самом деле, что куда важнее, это коварный и расчетливый враг. Предатель своей страны, шпион, военный преступник, скрытно работающий на ЦРУ или кого-то ещё.
— Ты все не так понял… — пробормотал он. — Все не так!
— О, безусловно! — невесело усмехнулся я. — Ты просто случайно, ну чисто гипотетически, оказался не в том месте и не в то время, да? И сумка с тубусами с микропленкой, тоже оказалась в том кишлаке случайно? А агенты Рустам и Абдул наняты не тобой? Они случайно проходили мимо кишлака и как бы случайно влезли на охраняемую дачу генерал-майора Калугина и тоже совершенно случайно вытащили оттуда пару картонных ящиков, да? Руки! Руки держи так, чтобы я их видел!
Я прям рявкнул, от того что
Тот потихоньку полез куда-то под свою рваную, испачканную кровью одежду…
Я подошёл ближе и держа его на прицеле автомата, забрал из кармана заряженный пистолет Макарова, отпихнул лежащий на земле пистолет с поврежденной пулей рукоятью.
— Я могу объяснить!
— Объяснишь! Но позже! Вставай, живо!
— Аптечку-то хоть дашь? — Кикоть потряс окровавленной рукой.
