ЦРУ-шник взвыл, выронил зажигалку."
"— А вот этого делать не нужно! — отозвался я, глядя на неудачного поджигателя. — Что, документы важные, да? Ну, мы о них позаботимся, не переживай!
Тот одарил меня взглядом, полным ненависти. Конечно, раскусили его. Сорвали важную встречу. Но что толку теперь злится? Партия с его стороны уже сыграна и сыграна плохо. Непрофессионально.
С той стороны Женя и Дима само собой напряглись, когда стекло лопнуло. Оперативно выбили его рукоятями пистолетов.
Получился ещё один выход из купе. Ну или вход.
Далее, мы одного за другим вывели их из поезда, связали им руки за спинами. Женька Смирнов подогнал машину — двоих усадили в кузов, под наблюдение Дока и Самарина. А вот ефрейтора я оставил под свою личную ответственность. Был к нему серьезный разговор. Да и не поместились бы мы все в кузове одной машины. Искать вторую? Ну возможно, но это позднее!
Со мной остался только Шут, на всякий случай.
Про лежащего в соседнем купе сирийца-телохранителя я как-то позабыл. Ну ничего, очухается, на личном опыте убедится, что спать на работе нехорошо.
Благо, наши действия не привлекли особого внимания — местных жителей мало волновало, кто мы такие и что тут происходит. У них своих дел полно. В общем, можно сказать, что наша операция прошла вполне успешно.
Когда наши уехали на Тойоте, мы с Шутом вернулись на наш общий пост наблюдения, где ранее несли «боевое дежурство» Артёмов и Самарин.
Сюда же привели и «ефра». Тот уже догадался, что сейчас будет допрос с пристрастием. Как-то сжался. Поник.
— Ну что, ефрейтор… Помнишь меня? — спросил я у туриста, глядя на него внимательным взглядом. — Север Афганистана, ноябрь восемьдесят шестого. Ты мне укол ставил… Противоядие, якобы! А на самом деле вырубил меня, чтоб я дороги не запомнил, да?
— Помню! — мрачно отозвался тот. Я вдруг обнаружил, что он ещё тот актер.
Теперь его не трясло, он больше не волновался. Да и взгляд у него теперь был несколько другим. — Громов, что все это значит? Ты же тоже человек Калугина. Почему?
— Нет. Я вовсе не тот, за кого себя выдавал!
— Ясно… — судорожно выдохнул пленный. — И чего вы от меня хотите?
— Пытать будем, пока ты все не расскажешь. Кто, куда, когда и зачем. Факты, суть. Кратко! — говоря это, Шут активно жестикулировал.
