Тент уже давно сгорел, остался лишь металлический каркас, тут и там лежали несколько тел. Все наши.
И больше ничего. Вокруг темнота, противника не видно. Другой техники, что была в составе колонны тоже нет, словно все испарилось.
— Пятеро двухсотых! — отозвался я, пересчитав тела. Затем посмотрел на Окунева. — А известно, сколько единиц техники было в составе конвоя?
Тот выглядел задумчиво. Вероятно, такой информацией он не располагал, или же располагал, но сейчас размышлял, стоит ли что-то рассказывать.
— Противника не обнаружено! — заявил майор Иванов, убедившись, что мы здесь одни. — Всем, закрепиться. Быть начеку. Не расслабляться!
Ну, прям капитан очевидность.
Несложно предположить, что произошло. На колонну действительно напали, причем целенаправленно. Быстро остановив продвижение, затем нейтрализовали часть охраны, а другую, судя по отсутствию тел на земле, заставили сдаться… Хм, непорядок!
— Товарищ майор, а сколько единиц техники было в составе колонны и численность охраны? — обратился я к Иванову.
"
"— Шесть грузовиков КамАЗ, три УАЗа. десять человек в сопровождении, не считая водителей. И старший офицер по приемке. Итого должно быть не меньше двадцати человек! Пятеро здесь…
— А остальные что, просто сдались? — отозвался я, понимая, что здесь возможно не все так очевидно, как кажется. — Других тел здесь не видно. Сбежали? Или…
— Нет! Этого не может быть! — громко возразил Иванов, наградив меня недовольным взглядом. — На что ты намекаешь, лейтенант? На трусость? Или же, на предательство?
— Я ни на что не намекаю! — уверенно и спокойно произнес я, стоя рядом с майором.
Но как так получилось, что ваши люди, будучи живыми позволили противнику завладеть важным грузом? Я что-то не вижу здесь следов активного боя…
Вопрос остался без ответа. Майор посчитал, что торчать здесь больше не имело смысла — все равно нет никаких следов. К тому же, нас издалека могли атаковать те, кто все это устроил. В темное время суток, учитывая сложную обстановку, здесь даже осматривать нечего… Без нормально освещения… Сезон дождей окончен, земля давно пересохла и следов от шин почти нет!
Попытка связаться с гарнизоном и доложить Калинину ни к чему не привела — в эфире молоко.
Пробовали несколько раз. Иванов даже обругал связиста за то, что тот не проверил исправность радиостанции перед выездом. Само собой оправдания сержанта его не интересовали — тот все проверил.
