Она была моложе Шуфэнь на два года, и из-за слабого здоровья ее не отправили на постоянную работу в деревню. Она сидела дома, ожидая распределения. Квартиру ее тоже нельзя было назвать просторной, но все-таки в ней отыскался уголок, чтобы почитать, поговорить. И они часто вдвоем сидели в этом уголке, читали немногие уцелевшие от погромов книги иностранных писателей, подолгу обсуждали какие-то им одним ведомые проблемы…
Потом Бай Шуфэнь узнала, что в институт вступил «рабочий агитотряд» и положил конец вооруженным столкновениям.
«Песня геологов» опять зазвучала в ее душе, и она вернулась, чтобы самой разобраться в происходящем. Но ее сразу же вызвали в агитотряд и сообщили, что принято решение о перебазировании института. Ведь было же сказано: «Сельскохозяйственный вуз в городе — это абсурд!» Значит, геологический вуз в городе — тоже «абсурд», его надо перебазировать в какое-нибудь ущелье… Бай Шуфэнь включили в подразделение, ответственное за перевозку материальных ценностей.
К этому времени институт представлял собой плачевное зрелище. На стенах корпусов были видны следы пуль и пожаров, трудно было найти целое оконное стекло, некогда ухоженный стадион превратился в мусорную свалку. И, само собой разумеется, повсюду валялись выцветшие, порванные дацзыбао и недавние призывы и лозунги, полные злобных вульгарных выражений… Да, здесь была настоящая культурная пустыня, здесь только что отгремело подлинное, а не воображаемое «сражение в пустыне»!"
"Потом вдруг вышел некий указ «о подготовке к войне», и «рабочий агитотряд» потребовал ускорить темпы приготовлений к перебазированию.
Группа, в которой состояла Шуфэнь, отвечала за упаковку приборов, в том числе — множества стеклянных колб и пробирок. Она пошла к ответственному лицу из агитотряда и попыталась объяснить, что обращение с приборами требует крайней осторожности. Может быть, не так уж обязательно спешить с упаковкой, укладываться в установленные жесткие сроки? Начальник сердито отчитал Шуфэнь, затем стремительно, громко топая, проследовал в лабораторию.
Отстранил двух студентов, осторожно — а потому для постороннего взгляда медлительно — укладывавших приборы, и стал показывать, как надо работать. Он бросил несколько стеклянных колб в ящик, с грохотом захлопнул крышку и принялся перевязывать ящик веревкой.
