— Не приходила ли к нам апелляция некоего Ло Цюня из Заоблачного города? — обратилась я к товарищу, который ведал этими материалами.
— Не было, — стал припоминать товарищ. — О такой не помню.
— Проверьте по регистрационной книге!
— Хорошо.
Я прошла в свой кабинет. Там уже было натоплено, даже слишком. Снег за окном перестал, но небо еще хмурилось.
Мой взгляд задержался на соседнем столе, покрытом пылью. Он был предназначен для У Яо: приходя в орготдел, заведующий просматривал за ним бумаги и накладывал резолюции.
В ящиках этого стола лежали документы. Может быть, там? Я подошла к столу и дернула ящик — заперт. Ключа у меня не было.
В этот момент вошел регистратор с журналом в руках.
— Заведующая Сун, я не нашел апелляции Ло Цюня, о которой вы спрашивали. Из Заоблачного поступали апелляционные материалы от некой Фэн Цинлань, которая просила за своего супруга Ло Цюня.
Ага, все же была апелляция! Я схватила регистрационную книгу.
— Кто вел дело?
Он назвал заведующего сектором, и я вызвала его, но тот безразлично ответил:
— Все три апелляции я отдал секретарю У!
— Почему не показали мне? — раздраженно спросила я.
— Потому что… потому что…"
"— Почему же?
— Потому что там упоминался секретарь У, — загадочно объяснил завсектором. — Вот поэтому я сначала показал ему.
— Он наложил резолюцию?
— Нет, но дал устное указание: решение правильное, нет необходимости что-либо менять.
Отослав его, я с ожесточением захлопнула дверь. Сердце жгло невыносимое сознание того, что Чжоу Юйчжэнь была права: именно У Яо не дал хода делу!
Я села на стул, но тут же опять вскочила.
Я не могла понять, почему же У Яо не сказал мне об этом. В связи с чем он упоминался в апелляции? Я посмотрела на стол У Яо и, повинуясь мгновенному импульсу, вновь попыталась открыть ящик, найти заявление Цинлань. Но ящик не поддавался. Тогда я вспомнила, что дома есть связка ключей У Яо, помчалась домой, нашла их в письменном столе и бросилась обратно в канцелярию.
Ящик был завален папками, и я принялась было рыться в них, как вдруг вошел тот самый заведующий сектором — Чжу, старый сослуживец У Яо, весьма ему преданный.
Мне он был неприятен за то, что пресмыкался перед вышестоящими и наушничал на остальных.
Увидев, что я копаюсь в папках, он осторожно поинтересовался, что я ищу. Я объяснила, и его маленькие глазки забегали.
— Заведующая Сун, — тихо спросил он, — это что, поручение оттуда, сверху?
— Нет! — отрезала я.
— Тогда… — Он, казалось, был сбит с толку.
