Член между мускулистых ног резво дёргается вверх, будто питон юркий оживает.
Ого!
— И что вы ж-желаете? — вырывается само по себе.
— Минет.
Разумеется!
— Сбрось с себя полотенце.
Сбрасываю. Махровая ткань скользит по телу, падая на пол.
Сейчас мне уже немного легче. Я привыкаю к тому, что мужчина видит меня обнаженной. Ему нравится моего тело. Иначе бы его половой орган не стоял так жёстко.
Судя по тому, как опух его член, ему, должно быть, очень больно.
Надо помочь ему выплеснуть эту жидкую боль… Может после этого монстр станет добрее?
Если я буду его почаще ублажать? Наберусь опыта.
Тогда Карим влюбится в меня и станет мягким, отзывчивым, любящим.
— Становись на колени. Ползи ко мне.
Покорно опускаюсь. Голова опять кружится от волнения.
— Выгни спину, попку назад оттопырь. Хочу видеть гибкую кошку, которая ластится к своему хозяину!
Ну и запросы…
Нарочито медленно, выгнув спину, я ползу к Кариму Асадову, который восседает на кресле, как царь на троне, глядя на меня величественно, надменно.
Сверху вниз.
Необычные ощущения…
Щёки всё горят и горят. Бери и оладьи на них жарь как на сковороде! Прежде я никогда ничего подобного не делала. Не играла в такие откровенные, сумасшедшие ролевые игры, не ползала перед кем-то голой на коленях. Я думала у меня начнётся истерика от страха, но нет! Наоборот. Это так захватывает! Иголки волнения рассыпаются вдоль позвоночника, а на коже появляются сотни пупырышек.
— Ближе…
Я подползаю вплотную. Сглатываю. Громоздкий орган оказывается прямо напротив моих губ, которые я невольно облизываю.
Я уже пробовала мужчину в том месте, так что знаю, что меня ждёт.
Терпкий, мускусный вкус… Тугая наполненность во рту. Обильное выделение слюны. Величественный размер. Растянутость губ. И необычное покалывание в нижней части живота. Как будто бабочки порхают, подразнивая крылышками.
В этот раз я буду смелее и постараюсь как следует. Мне захотелось сделать мужу приятное. Захотелось влюбить его в себя. Используя свои чары, свою красоту, свою ласку.
Для чего? Чтобы не зачахнуть от грусти, живя в браке без любви. Асадов должен полюбить меня. Так красиво и горячо, как в романах о любви.
Карим наклоняется вперёд, за волосы меня хватает, сжимая шелковистые локоны в крепкий кулак. Корни волос моментально трещат от цепкой давки порочного доминанта.
— Вы же… вы… — я всё ещё опасаюсь, что Карим завалит меня на кровать и захочет большего, чем просто горло.
— Расслабься. Пока не буду трогать. Позже. — Будто мысли читает.
