Коленки, как и предполагалось, «украшают» огромные гематомы. Странно, но смотря на них, у меня возникает еще большее желание бегать по утрам. Ведь Медведев только рад тому, что я упала. Нет, он не из тех, кто радуется, что кому-то больно, но он хочет вывести меня из строя. Он явно не думает о том, что завтра я снова побегу. А я точно это сделаю. Обвожу кончиками пальцев гематомы и до меня вдруг доходит еще одна вещь: вот оно, яркое напоминание о том, какими ошибочными могут быть наши суждения. Не из-за симпатии ко мне он встал в такую рань.
Плевать ему на меня с высокой колокольни.
– Ты скоро? Мне как бы тоже надо в душ, – громкий голос Медведева по ту стороны двери выводит меня из раздумий.
– Извини. Еще минутку.
Быстро надеваю чистые домашние штаны и футболку. Распускаю стянутые резинкой волосы и, забрав одежду, направляюсь к выходу. Открываю дверь и только хочу выйти, как Миша загораживает мне путь.
Поднимаю на него взгляд. Молчит, при этом пристально рассматривает мое лицо. Затем его взгляд спускается вниз к шее и груди, задерживается и снова возвращается к лицу. Чувство неловкости зашкаливает. Чего ему надо?
– Показывай.
– Что?
– Колени.
– Я же сказала, что у меня все нор…
– Больше всего я ненавижу упертых людей, – ступает вперед, тем самым заставляя меня пятиться назад. – Упертость которых граничит с тупостью. Показывай. Последний раз говорю.
– Не буду я ничего тебе показывать.
Если я сказала, что у меня все нормально, значит нормально.
– А если я сейчас стяну с тебя штаны и посмотрю на твои ноги?
– Только попробуй меня тронуть.
Я была уверена, что Миша блефует. Но когда он потянулся ко мне и подцепил рукой штаны, я опешила. А когда он реально начал с меня их спускать до меня дошли две вещи: я по сравнению с ним букашка и он не такой уж и добрый, как может показаться. Как только мои штаны оказались на середине бедер, я сама того от себя не ожидая, со всей силы толкнула Медведева в грудь.
Не сказать, что скала сдвинулась с места, но, судя по выражению лица, он понял, что переборщил.
Я быстро натянула обратно штаны и схватила выпавшие вещи. Это что была еще одна уловка меня напугать, чтобы я с ним не контачила и не бегала по утрам?
– Дура упрямая, – процедил сквозь зубы, отходя в сторону. Хотела в ответ бросить «сам дурак», но, к счастью, сдержалась.
– Завтра утром я побегу в шесть.
