"
"Когда мы возвращаемся к «Капризу», Ханна говорит, что ужасно устала.
— Я сразу же пойду спать, — смеется она. Я понимаю. В пещере все было иначе. С водкой и в теплом свете свечи было такое чувство, что можно говорить что угодно. А теперь мне кажется, что сказано было слишком много. Что мы перешли черту.
Я знаю, что не смогу заснуть, особенно пока парни все еще играют в эту игру прямо рядом с моей комнатой. Поэтому я встаю у стены снаружи и пытаюсь успокоить беспрерывный поток мыслей.
— Привет.
Я чуть не подпрыгиваю до потолка.
— Какого хрена…
Это шафер, Джонно. Он мне не нравится. Я видела, как он раньше на меня смотрел. И он напился — это очевидно, да я и сама пьяна. В льющемся из столовой свете я вижу, как он широко улыбается, но больше это похоже на оскал.
— Хочешь покурить? — он протягивает косяк, который воняет травой. Я вижу, что он мокрый с той стороны, где его уже курили.
— Нет, спасибо, — отвечаю я.
— Какая ты паинька.
Я пытаюсь зайти внутрь, но, когда тянусь к двери, он перехватывает мою руку и крепко ее держит.
— Знаешь, нам с тобой завтра надо будет танцевать. Шафер и подружка невесты.
Я качаю головой.
Он шагает ближе и притягивает меня к себе. Какой же он огромный, намного больше меня. Но он же ничего не выкинет, да? Учитывая, что тут полно народу?
— Подумай об этом, — говорит Джонно. — Я могу тебя кое-чем удивить. Я опытный мужчина.
— Убери свои сраные руки, — шиплю я и думаю о своем лезвии наверху. Надо было мне взять его с собой, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Я выдергиваю свою руку и вожусь с дверью; пальцы совершенно не слушаются. И все это время чувствую на себе его взгляд.
Джонно. Шафер
Я возвращаюсь в комнату, докуривив косяк. Траву мне удалось купить еще в Дублине, пока я расхаживал мимо туристов у «Темпл Бара». Мой проверенный барыга поставляет кое-что покрепче, но надеюсь, что и этого мне будет достаточно, чтобы уснуть. Сегодня мне не помешает помощь.
Здесь, на острове, мы как будто снова вернулись в «Тревельян». Может быть, все дело в ландшафте.
Скалы, море. Я слышу лишь шум волн, бьющихся внизу о камни. Я помню свою комнату в общежитии: ряды кроватей и решетки на окнах. Чтобы обезопасить нас или удержать — а может, и то, и другое. И такой же шум волн, набегающих на берег. Тихо, тихо, тихо. Напоминают мне хранить тайну.
Я не думал об этом много лет. Не могу. Некоторые вещи надо оставить позади. Но как будто этот остров заставляет меня все вспомнить. И тогда я не могу даже нормально дышать.
