Что со мной творится?
— И вот в чем дело, — обращается папа к гостям, — хоть Джулс — сильная и независимая девушка, мне хочется думать, что она все равно моя маленькая девочка. Потому что от некоторых чувств вам, как родителю, никуда не деться… и неважно, каким вы были дерьмом, неважно, насколько мало у вас на это прав. И одна из этих эмоций — инстинкт защищать.
Он снова поворачивается ко мне. Сейчас мне приходится на него смотреть. На его лице застыла неподдельная нежность. Я чувствую боль в груди. Отец поворачивается к Уиллу.
— Уильям, ты кажешься… хорошим парнем. — Мне показалось, или он как-то с угрозой выделил слово «кажешься»? — Но…
И папа ухмыляется — я знаю эту ухмылку. «Улыбкой» ее назвать нельзя. Это просто оскал.
— Лучше бы тебе заботиться о моей дочке. И лучше бы тебе не облажаться. И если ты хоть как-то обидишь мою девочку… что ж, все просто. — Папа поднимает стакан, салютуя ему. — Я приду за тобой.
В шатре повисла напряженная тишина. Я издаю вымученный смешок, хотя он больше походит на всхлип.
Он быстро разлетается по шатру, когда другие гости следуют примеру — возможно, с облегчением, потому что теперь знают, как реагировать. А, так это шутка? Вот только это не шутка. Я это знаю, папа это знает — и, судя по выражению лица Уилла, он тоже это знает.
Оливия. Подружка невесты
Папа Джулс садится за стол. Она сама выглядит ужасно: ее лицо опухло и раскраснелось. Я видела, как она протирала его салфеткой. Все-таки у нее есть чувства, у моей сводной сестры, хоть она и хорошо умеет притворяться бесчувственной стервой.
Мне правда стыдно за мою выходку. Знаю, Джулс все равно не поверит, если я это скажу, но мне правда жаль. Мне все еще холодно, будто ледяная морская вода затекла под кожу. Я переоделась во вчерашнее платье, так как решила, что это меньше всего взбесит Джулс, но мне так хотелось бы сидеть в нормальной одежде. Я крепко обхватила себя руками, чтобы согреться, но зубы все равно стучат.
Под крики, свист и завывания встает Уилл. Все сразу замолкают.
Он полностью завладел вниманием публики. Уилл умеет так влиять на людей. Наверное, все дело в его внешности и манере поведения, в его уверенности. Будто он всегда все держит под контролем.
— От моего имени, и от имени моей новоиспеченной жены, — говорит он, и его почти заглушают возгласы, крики, стуки по столам и топот. Он улыбается, и когда все успокаиваются, продолжает. — От моего имени, и от имени моей новоиспеченной жены, большое спасибо, что пришли сегодня.
