У меня, напротив, нет с этим сложностей, будет только одна подружка невесты — моя сводная сестра Оливия. У меня немного подруг. Нет времени на сплетни. Женские сборища навевают мне воспоминания о компашке стервозных девчонок в моей школе, которые никогда не считали меня «своей». Я очень удивилась, когда на девичник пришло так много женщин, но, с другой стороны, в основном это были мои сотрудницы из «Загрузки» — которые и организовали эту вечеринку, неприятным сюрпризом было только появление девушек друзей Уилла.
Мой самый близкий друг — это Чарли. Фактически, в эти выходные он будет моим шафером.
Чарли с Ханной уже едут сюда, последние из сегодняшних гостей. Я буду рада повидать Чарли. Мы уже довольно давно не собирались только взрослым коллективом, без его детей. Раньше мы часто виделись — даже после того, как он сошелся с Ханной. Он всегда находил для меня время. Но с тех пор, как у него появились дети, он будто стал жить в каком-то другом измерении: в котором 11 часов вечера считается поздней ночью, а каждая встреча без детей должна быть тщательно спланирована.
Тогда я и почувствовала, как мне его не хватает.
— Ты выглядишь сногсшибательно.
— Ой! — я подпрыгиваю, а потом замечаю в зеркале его: Уилла. Он стоит в дверном проеме и смотрит на меня.
— Уилл! — шиплю я. — Я же в платье! Убирайся! Ты не должен меня видеть…
Он не двигается с места.
— А мне разве нельзя увидеть превью? И я все равно уже увидел, — он подходит ко мне. — Слезами шелку не поможешь.
Ты выглядишь… Боже! Жду не дождусь, когда увижу, как ты в этом идешь к алтарю.
Он встает сзади и обнимает мои обнаженные плечи."
"Я должна быть в ярости. Так и есть. И все же я чувствую, как мое возмущение уже угасает. Потому что его руки на мне, двигаются вниз, от плеч к ладоням, и по моей коже пробегает первая дрожь желания. И потом, напоминаю себе я, не в моем стиле переживать из-за суеверия, что жених увидел свадебное платье — я никогда не верила в такие вещи.
— Тебе нельзя тут быть, — сердито говорю я.
Но звучит это не так уж сурово.
— Посмотри на нас, — говорит Уилл, когда наши взгляды пересекаются в зеркале и он проводит пальцем по моей щеке. — Разве мы не прекрасно смотримся?
Он прав, мы хороши. Я, темноволосая и бледнокожая, и он, такой светлый и загорелый. Мы будем самой красивой парой. Не стану притворяться, это вызывает у меня восторг — представлять, как мы будем выглядеть в глазах окружающих и наших завтрашних гостей.
