Все, волна гнева, застившая глаза, прошла, и теперь с дядей можно поговорить. Только осторожно. И я начала официальную часть знакомства.
— Это Вир, — представила я альва. — Он студент по обмену. Будет у нас жить. Хотя вообще-то он приехал к Алекс…
Мою речь нельзя было назвать краткой. Даже кот успел отойти от шока и уже вовсю смывал с морды последние капли сметаны, когда я закончила.
— Значит, Нари, говоришь, это твой друг? — уточнил дядя, глядя на Вира с большим подозрением.
— Да, — заверила я.
— А что у тебя с платьем? — без какого-либо перехода спросил Моррис.
— Э… Я нечаянно зацепилась подолом. — И ведь чистую правду сказала.
— Думаю, тебе действительно стоит подняться к себе и переодеться.
Ясно. Таким нехитрым способом от меня пытаются избавиться. Ну-ну…
— Конечно. Сейчас только осколки уберу.
И я с невозмутимым видом начала ссыпать крошево с постамента прямо в кастрюлю, которую все еще держала в руке.
Вир тоже не торопился подниматься к себе. Видимо, опасался оставлять наедине меня с дядей.
Да, Моррис Росс был уникальным скульптором. Хотя бы потому, что в мире граней умудрился заполучить темный дар разрушителя. Ему бы как боевому магу цены не было. Но дядя решил творить и нести прекрасное в массы.
— Уф! — Я утерла пот со лба и бухнула кастрюлю на пол. Весила она изрядно. — Вир, помоги мне выброси…
— Я отнесу осколки к себе, — перебил меня альв и пояснил: — Постараюсь склеить.
А потом уже, глядя на дядю, серьезно произнес:
— Насчет денег я не шутил. Хотите — могу магическую клятву принести.
— Не нужно, — буркнул Моррис.
Я про себя усмехнулась: за нарочитой грубостью дядя часто прятал смущение. Мне же не оставалось ничего иного, как подняться по лестнице. Вир, будто прикрывая мне спину, шел следом, неся кастрюлю, наполненную осколками.
Лишь когда он переступил порог своей комнаты, я смогла выдохнуть. Уф. Все. Теперь можно идти к себе и наконец-то переодеться. Словно вторя моим мыслям, внизу пробили хроносы. Восемь вечера.
Я мысленно взвыла. Скоро же закроется аптека.
А я так и не взяла заказы. Нужно срочно переодеваться и мчаться в квартал Брокеров.
Быстро нацепив юбку и блузу, я закинула сумку на плечо и вылетела из комнаты. На кухне возмущенно бурчал дядя, в ванной слышался плеск воды, в бабушкиной, а ныне альвовой комнате что-то упало. Судя по грохоту — кастрюля с останками статуи. Тай у себя завывала то ли очередную популярную песню новомодной группы менестрелей «Упыри полудня», то ли заклинание экзорцизма.
