А смягчающий апостроф? И как вы держите в уме все правила вашего языка: склонения, спряжения, исключения, ударения? Знаешь, мне кажется, что ваш язык настолько суровый, что не я изучаю его, а он меня.
— Не переживай, тут главное — практика, — попыталась я утешить остроухого, взглядом ища Алекс.
— То же самое мне говорил друг, когда в двенадцать лет я просил объяснить мне теорию поцелуев. — Вир так подкупающе улыбнулся, что я не смогла не ответить тем же.
— А друг намного тебя старше? — с любопытством спросила я.
— На целую вечность длиною в год и три дня, — не стал скрытничать альв.
— Ему тогда было уже тринадцать, и у него имелась настоящая девушка. Целую неделю он провожал ее из школы до дома… Но потом она ему изменила: разрешила нести свою сумку с учебниками другому.
Я наконец заметила в другом конце зала черноволосую макушку Алекс, которая остановилась с кем-то поболтать. Вир ее тоже увидел и… проигнорировал, повернулся ко мне.
— Нари, я сегодня узнал, что у вас скоро будут осенние танцы, — сказал он.
И, сжав в руке висевший на шее переговорник так, чтобы тот не переводил, старательно выговорил на имперском: — Ты пойдешь со мной?
Его рука разжалась, отпуская пластину переводчика.
Я закрыла лицо рукой, пряча улыбку.
— Это значит нет? — услышала я разочарованное.
— Извини, просто у тебя… удивительный акцент. — Я постаралась подобрать самую обтекаемую форму эпитета «ужасный».
А потом подумала, что Вир ничуть не хуже Эша в качестве заслона от вышедшей на брачную охоту Алекс. К тому же уж точно решительнее.
Я на всякий случай огляделась по сторонам: не притаился ли где поблизости Варлок со своим «я бы не соглашался на это весьма сомнительное предложение». Мало ли! Но популяция остроухих в ближайшем радиусе ограничивалась одним Виром.
— Это значит «а почему бы и нет?», — лукаво улыбнулась я. И произнесла однозначный ответ: — Да, пойду.
— Отлично, — выдохнул альв. — А то мне бы пришлось придумывать дюжину причин, почему ты должна согласиться.
— Интересно было бы послушать… — с намеком протянула я.
— Причина первая: в империи я знаю тебя лучше всех. Ну, еще преподавателя по имперскому языку, с которым провел сегодня целых четыре часа тет-а-тет. Но, боюсь, престарелый эйр не оценил бы моего приглашения… — задумчиво пробормотал альв.
Я прыснула.
— Над чем смеемся? — Алекс бесцеремонно вклинилась в наш разговор.
— Алекс! Ты внезапна, как кусок паркета в вечернем чае!
Тут я, конечно, слегка покривила душой: все же подругу я давно приметила.
