– Утёс! – воскликнула она, с ужасом глядя на меднокрылую. – В сторону, быстро!
Прежде чем Беда успела спуститься, Рубин вдруг легко откинула прутья и вылетела наружу.
Решётка была не заперта!
А может, её и не чинили, подумала Беда. Скорее всего. Рубин не собиралась использовать тюрьму по назначению, а солдаты, что отводили её сюда, только сделали вид, что заперли узницу.
Значит, Рубин ещё не сдалась, и вовсе она не серая мышь, как считает Пурпур. Интересно, в чём ещё ошибается королева?
Солдаты-тюремщики расправили крылья и храбро преградили путь Беде, заслоняя Рубин, которая подхватила принца на лапы.
– Я знала, что ты сумеешь! – воскликнула она, обнимая сына. – Мой умненький, любименький лунный лучик!
– Я не лучик! – гордо надулся малютка, прижимаясь к её груди. – Сегодня я самый секретный летучий агент, я спасаю мир!
– Конечно, Утёсик, конечно.
Стены зала внезапно потряс оглушительный рёв. Невольно сжавшись, Беда зажала уши. Рёв был хорошо знаком ей с детства и предвещал долгие разборки с оскорблениями и самые суровые наказания.
По понятным причинам Пурпур никогда не била воспитанницу, однако находила немало других способов отравить ей жизнь.
Алые крылья огромной драконихи распростёрлись над головой, заполняя всё поле зрения. Казалось, королева появилась сразу отовсюду.
– Нет!!! – прогремела она, облетая стражников и бросаясь на дочь и внука.
Все трое врезались в стену, и, прежде чем Рубин успела подняться, старая королева схватила её за горло и прижала к каменной кладке.
Малютка в ужасе забился под крыло матери, и та обняла его, вызывающе глядя на Пурпур.
– Считаешь себя самой хитрой, жалкое ничтожество? – прошипела королева. – А знаешь, что я сделаю с твоим дракончиком, когда убью тебя? Он вырастет в страхе и будет верным мне и только мне! Даже имя твоё забудет, и станет выполнять все мои приказы!
– Не-а, – фыркнул Утёс, отворачиваясь.
– Он вырастет таким, что, останься ты жива, никогда не узнала бы своего сына! – продолжала Пурпур, окутываясь дымом.
– А он убил бы тебя по одному моему слову!
– Я не… – пискнул малютка возмущённо и в то же время испуганно. – Ни за что!
– Он станет моим новым любимым оружием и ничего не будет помнить о тебе! Я стану для него всем!
«Мне одной есть для тебя дело».
«Никто тебя не полюбит, кроме меня».
«В глазах остальных ты всегда будешь монстром».
Слова Пурпур отзывались в голове воспоминаниями – всё громче и громче.
«Она сделала со мною то же самое, – подумала Беда.
