– Тогда её побег выглядит ещё подозрительней…"
"– Королева Ибис согласна с вами встретиться! – вмешалась Солнышко. – Здесь или у неё во дворце, всё равно – мы можем послать гонца хоть сейчас. Она за справедливость, и мы все тоже!
Душа Глина всегда представлялась Беде горящим факелом, который никогда не гаснет и ровно освещает всё вокруг. Солнышко же походила на жаркую вспышку, от которой болела голова и хотелось плюнуть огнём и заорать: «Кончай улыбаться, без тебя тошно!»
Нехорошо, конечно, так думать. Солнышко единственная из друзей Глина старалась быть с ней доброй, и всё-таки золотистую песчаную то и дело хотелось придушить.
Вот бы оставить её тогда в клетке у Пурпур и сбежать с Глином, и чтобы он сказал потом: «Ты права, нам никто не нужен – ни ласковые песчаные, ни храбрые морские, ни прекрасные радужные». Но тогда он не был бы Глином, тем Глином, которого она знала, верным и любящим, готовым умереть за друзей…
– Ваше величество! – раздался вдруг новый голос. – С севера кто-то летит!
– Королева Ибис? – спросил ещё кто-то.
– Нет, чешуя алая… – Голос дрогнул, и в наступившей тишине Беда ощутила волну ужаса, накатившую на всех, кто стоял в погребальной пещере.
– Это Пурпур, – прошептала Рубин. – Вы были правы, она жива.
«И летит убить тебя, – подумала Беда, – потому что я отказалась».
Разговор случился в тот вечер, когда она освободила Пурпур из крепости принцессы Огонь. Они сидели у костра посреди унылой пустоши на границе Песчаного королевства. Бывшая королева задумчиво выковыривала из зубов остатки оленины, и Беда старалась не смотреть на её обезображенную ядом морду.
– Завтра летим домой, – прорычала Пурпур, – а там я решу, как лучше уничтожить этих ублюдков судьбы, самой или с твоей помощью.
– Ты разве не знаешь, что… – Беда замялась.
– Что? – Королева швырнула ей в голову оленьим копытом. – Прекрати мямлить, я и так вся в нервах. Только раздражаешь меня!
Морщась от боли, Беда потёрла лоб. Дёрнуло же её освобождать! Сразу было понятно, что не стоит, но привычка… долг… А может, просто хотелось избавиться от кошмарных снов с участием Пурпур, от которых ночи становились ещё хуже, чем дни с всеобщей ненавистью и страхом.
– На троне теперь Рубин… И её там все любят, – мстительно добавила Беда.
Королева пренебрежительно махнула крылом.
– Да знаю я… Рубин всё вернёт, она почтительная дочь – в отличие от некоторых присутствующих.
– Не думаю, – покачала головой Беда. – Она сильно изменилась в последнее время.
