Сколько в его жизни было таких вот «случайностей» и доверчивых провинциальных девушек? Наверняка, всех даже не вспомнит.
— Яна, ты поняла, что нужно делать? — голос Вэйдена отвлек меня от размышлений, и я, тряхнув головой, отбросила все несвоевременные сейчас мысли.
— Разумеется!
Сделала последний глоток травяного чая, который в гостинице умели готовить особенно вкусно, и порывисто встала.
— Я готова. Идем?..
В кондитерскую мы вошли с черного хода, ведущего на соседнюю тихую, безлюдную улочку.
Тамсин уже ждала нас — сразу за дверью, как и было заранее условлено. Невысокая, стройная, изящно и безукоризненно одетая, безупречно выглядевшая. Лишь неестественная бледность и едва заметные тени под глазами напоминали о ночи в храме, о том, что совсем недавно госпожа Гьин была Иратой, пусть и недолго. Служить вместилищем божественной силы — очень непросто.
Нас проводили в кабинет мастера-кондитера, из окна которого хорошо просматривался вход для посетителей, и предложили располагаться.
— Морс? Отвар? Сок фруктовый? Ягодный? — женщина указала на сервированный чуть поодаль стол. — И эклеры. Вы обязательно должны их попробовать. Повару они сегодня удивительно удались.
— Сока достаточно. Любого, на ваше усмотрение, — сухо остановил ее Алистер. — Когда явятся заказчики?
— Эгнар закончит готовить «Поцелуй» через двадцать минут, и за ним сразу же должны прийти. Если и опоздают, то ненадолго. Десерт необходимо съесть в течение следующих трех часов, потом он потеряет свои свойства.
— Ясно...
Алистер прошел к окну, аккуратно отодвинул штору, а Тамсин, повернувшись ко мне, неожиданно произнесла:
— Леди Демтор, позвольте на пару слов.
Отвела меня в сторону, пытливо заглянула в лицо, и вдруг подумалось, что она ведь была там, в храме, вместе с Иратой, вернее, вместо нее, и теперь знает все мои секреты.
Жрица, похоже, догадалась, о чем я размышляю. Улыбнулась понимающе, мягко коснулась руки.
— Вот об этом я и хотела сказать.
Я не помню ничего. Совсем ничего. Вам не о чем беспокоиться, поверьте. Все, что случилось, останется между вами и богиней.
Кивок — теперь уже нам обоим. Негромкое: «Как только гости придут, я тут же дам знать», и Тамсин ушла.
А мы расположились за столом у окна и принялись ждать.
Час…
Два...
Три...
Время неумолимо бежало вперед, а сопровождавшие виконтессу люди не спешили забирать свой заказ. И я не чувствовала...
