– Секретарша-дура Танечка увидела иностранные каракули на конверте и отнесла почту шефу!
– Теперь понятно, – он выбросил окурок в окно. Я заметила, что каждый раз он не докуривает и половины сигареты. – Лариса, сейчас вы должны войти в нотариальную контору и засвидетельствовать нотариусу свое почтение. Он должен знать, что вы извещение об открытии наследства получили. Ничего там не подписывайте. Он может быть в деле с Ползуновым и вашим боссом. Просто явитесь и информируйте его о том, что вы в курсе.
– А не лучше ли мне будет сегодня же вылететь в Амстердам? – Мне показалось, что это разумно.
– Вы не вылетите в Амстердам. Вы в розыске, объявленном Ползуновым. По делу о хищении табельного оружия сотрудника милиции с причинением ему телесных повреждений, по делу о нападении на дежурного милиционера, по делу о транспортировке оружия, по делу о мошенничестве с автомобильными двигателями. Все это можно одним взмахом опытной юридической руки отмести, а можно одним взмахом опытной юридической руки превратить в реальный срок.
Все зависит от того, кто будет этим заниматься и с какой целью. Наши судьи неподкупны – без денег ни за что не подкупишь. Но если сто пятьдесят миллионов евро распределить правильно и чтобы всем хватило, то упечь вас в зону не составит никакого труда. А выезд за рубеж вам отныне заказан – как только вы появитесь в аэропорту, на вас тут же наденут наручники и поместят уже туда, откуда вы не убежите. Вы поняли, что я вам только что сказал?
Ошеломленная, я потеряла дар речи.
Из меня вынесло все: влюбленность в Антона, еще не проснувшееся чувство счастья дорогостоящей наследницы, все. Я почувствовала себя в капкане.
– Антон… милый… – взмолилась я шепотом. – Помоги мне, пожалуйста…
– Я этим сейчас и занимаюсь.
– Если я получу наследство, я готова оплатить твои расходы в стократном размере…
– Лариса Инваровна, не пытайтесь меня купить. Мы оговорили сумму изначально. Меня не интересует, обнищаете вы за время нашей работы или появитесь в списке журнала «Форбс».
Поэтому сейчас вставайте и идите к нотариусу. Фамилия его Кальман. Оперетту любите?
– Кальман?..
– Именно. Но не Имре, а Марк Осипович. Редкий случай нахождения мужчины на посту нотариуса. Редкий, но приятный. Ступайте. Здесь вас никто не обидит. А я побуду у входа.
Я вышла и, ни слова не говоря, направилась к дверям конторы. Паспорт был с собой. Это единственное, что я захватила из дома.
Войдя, к удивлению своему заметила, что приемная свободна от посетителей.
