Ползунов велел приехать, чтобы уточнить ряд деталей. Я прибыл и тут же понял, что зря. В течение трех часов Ползунов и еще двое его людей, очень похожих на тех, что приезжали ко мне с юристом, ходили вокруг моего стула, установленного посреди комнаты, и изредка попинывали его ногами. Перед каждым потрясением стула я слышал: «Через кого вы брали кредит в банке для открытия двух автостоянок?», «Почему при этом на счету вашей организации всего пятьдесят три рубля?», «На какие средства вами приобретен джип, который вы заявили в угон?».
«Я что-то не понял, – изумился в начале четвертого часа разговора я, – вы собираетесь что-нибудь делать с моей проблемой? С Гуроном, например?» «Мы воюем с организованной преступностью, – объяснил мне, глупцу, Ползунов, – а не с Гуроном. Хотя и с ним в том числе. Но сегодня у нас в кабинете вы, поэтому дойдет очередь и до Гурона»."
"Если ты бухгалтер, Лариса, то зачем мне рассыпаться в мелочах, объясняя тебе, что если вести честный бизнес, то не стоит о нем задумываться изначально.
Мы же не во Франкфурте, мы в Москве. Одним словом, после шести часов «пресса» меня выпустили, пообещав «разобраться со всем». Утром следующего дня ко мне нагрянула группа лиц от прокуратуры, а вечером – группа лиц от Гурона. Первые усмотрели в моем бизнесе теневую сторону, а вторые посоветовали более в милицию не обращаться. Когда я вышел из больницы, мои фонды были уже арестованы, а в офисе хозяйничал «юротдел». В результате нефтяными делами (скромными, Лариса, но нефтяными) стал заведовать Гурон, а Ползунов успокоил тем, что уголовное дело в отношении меня прекращено по причине недоказанности наличия состава преступления.
Гурон оказался не таким уж подонком, как я думал. Прежде чем выгнать меня из моего же офиса, он разрешил забрать из моего же гаража мой «Ауди А6». Правда, мне пришлось отдать его Ползунову, чтобы он и решил вопрос о прекращении уголовного дела. Вот поэтому, Лариса, я и думаю весь вечер – если ты обычный бухгалтер, тогда почему тобой заинтересовался Ползунов?
Глава 8
Я сидела и смотрела в потолок, как застреленная.
Не моргая и не шевелясь. Поняв, что ничего более Макс рассказывать не будет, я опустила голову и выдавила:
– Я сказала тебе правду.
– Тогда тебе должно быть понятно, почему майор давит изо всей силы. Он ждет, чтобы ты, растеряв по дороге во время бегства свои лучшие качества, привела к нему Горецкого. Ему нужен он, а не ты, нищая.
