Амулет остался у С'Пехо, чему он был, конечно же, несказанно рад. Только теперь, после долгих дней лишений, он понял, какое это счастье, всегда чувствовать на груди биение черного сердца Нечистого. Никакой благодарности к С'Пунку он не испытывал, скорее наоборот, ненависть к колдуну развернулась в нем во всю ширь, не сдерживаемая более постоянной открытостью для сознания С'Пунка.
В свои планы великий адепт посвящать С'Пехо не спешил. Да и были ли у него планы? С'Пехо сомневался в этом. Будь его воля, они не сидели бы в пещере, а отправились в самый большой город, Бахам, поселились бы во Дворце и ежедневно убивали сотни людей.
Увы, С'Пунк предпочитал осторожность. Изловленных детей заперли в отдельной пещере, глиты кормили их, а великий адепт часто навещал. С'Пехо не прислушивался к их разговорам, искренне считая все это пустой болтовней. Лишь как-то раз, вернувшись из очередного путешествия по побережью, он заметил, что лемуты обсасывают чьи-то тонкие косточки и еще сильнее возненавидел С'Пунка.
Ему никогда еще не доводилось убивать человеческих детенышей, и не доведется, пока на его пути стоит великий адепт, так не любящий делиться удовольствиями.
- С'Пехо, - прервал его размышления колдун. - Ты нужен мне.
- Да, господин, - покорно отозвался молодой адепт на ментальный приказ и бегом бросился к пещере.
После возвращения амулета нога зажила очень быстро, исторгнув из себя последние, самые маленькие дробины. К телу вернулась былая легкость, какая бывает лишь у мертвого тела.
Точнее, пока еще полумертвого.
- Я пришел, господин, - произнес С'Пехо в сумрак пещеры."
"- Я знаю это, глупец... Тебе пора исполнить мою волю. Хватит бродить вдоль берега, как собиратель ракушек. Я хочу, чтобы ты отправился в город и возвестил там о власти Темного Братства на острове Андро.
- Я готов, - внутренне чуть дрогнув, отозвался С'Пехо. - Но дорога до Бахама длинна и опасна. Позволь мне взять хотя бы десяток глитов.
- Двух, - отрезал С'Пунк. - Ты отправишься не в Бахам, а в Улут, столицу несуществующего королевства Ками, на территории которого, как ты знаешь, мы находимся.
Город твой. Ты можешь устлать его улицы черепами, если сумеешь, но в твоем распоряжении три дня. Если опоздаешь, если задержишься там хоть на минуту - я с огромным наслаждением сдеру с тебя шкуру заставлю жить. Это не все. Ты скажешь людям, что в начале каждого месяца они должны привести мне десять детей, которых я отправлю на Большую Землю.
