- Тот, стоит ему оказаться на борту хоть лодки, хоть галеры, становится просто сам не свой. Не спит, не ест, а только пьет и пребывает в таком безумстве, пока его не выпустят на берег.
- Должно быть, ему тяжело живется на острове, - заметил отвианец, потягиваясь. - Пусть перебирается на Большую Землю, если, конечно, не боится чудовищ.
- При чем здесь остров? - не понял его капитан. - Я же говорю: на море ему не нравится! Но на суше, он, я думаю, не испугается ваших тварей. Точнее, не испугался бы. Он попался колдунам, а жаль, славный был вояка.
Его звали Хью Грамон, он был дворянин и имел фамилию.
- Вот как? - вежливо откликнулся Стивенсон. - А не пора бы нам уже доплыть, а? Я прикидывал разницу хода парусника и вашей галеры, получается, что...
- А вы посмотрите на горизонт, - предложил ему Триполи. - Прямо по курсу.
Стивенсон выпрямился и сощурил глаза. Вдалеке явно темнела полоска суши, он даже рассмотрел острые вершины скал. Потом помощник аббата задрал голову и взглянул на верхушку мачты. Марсового было не видно, явно спал, свернувшись на дне прикрепленной там бочки.
- Ох и всыплет же ему капитан Джефри, - посочувствовал Стивенсон матросу. - Так это и есть остров, где скрывается Его Величество? Как он, кстати, называется?
- Остров Кэт, это очень древнее название. Он всегда был на наших картах, потому что штормы часто загоняли сюда и галеры, и даже просто рыбацкие лодки. Рядом никакой земли нет, ошибиться невозможно. А если мои расчеты верны, то мы движемся прямиком к бухте короля Тома XXXI.
- Довольно сложное название для простой бухты...
- Я сам его написал на карте, - признался Триполи. - Не лежит у меня душа придумывать названия. Обычно-то я просто помечал: остров Триполи, мыс Триполи, остров капитана Триполи, залив Триполи... Полным полно на карте таких названий, можете и не проверять. Все капитаны так делали... Но в тот раз я привез сюда Его Величество, а бухта не имела названия. Заберусь-ка я на мачту и дам марсовому пинка.
- Смотрите, чтобы не вылетел из бочки, - напутствовал его Стивенсон и отправился на мостик, где дремал капитан Джефри, положив голову на увесистые кулаки.
Стивенсон постоял рядом, покачиваясь на мысках и наблюдая за рулевым. Матрос положил обе руки на штурвал и застыл, выпрямившись и вперив невидящий взгляд в горизонт, где все отчетливее вырисовывалась земля. Наконец усилия Триполи достигли цели и матрос на мачте истошно заорал. Тут же на тихом, сонном корабле, началось судорожное движение, кто-то вскочил.
