И это ясно даже такой противной и заядлой реалистке, как я.
В общем – у природы нет плохой погоды! Прав классик! Каждая погода – благодать!
Особенно – на Ситии. Здесь и сейчас.
Вечером мы пошли ужинать «К Пете». Так в прошлый раз мы окрестили маленький ресторанчик в самом центре городка – он назывался: «У господина Петра».
Ресторанчик славился своими шашлычками-сувлаки, мусакой и десертами – вкуснейшей лимонной панакотой и тонкими вафельными трубочками. На витрине лежали шоколадные конфеты, изготовленные вручную, – мой муж был невозможным сластеной.
Заказали вина, горячее и кучу всяких сладостей. Он, читая меню, глотал слюну и продолжал уплотнять заказ. Я смеялась и говорила, что он помрет от жадности или диабета.
– Я еще поживу, – пообещал он. – Дела кое-какие остались! – Он внимательно посмотрел на меня.
– Угрожающе звучит! – Я покраснела.
Хорошо, что при приглушенном свете он этого не разглядел.
Разглядел. Все он разглядел. И подумал с нежностью: «Как девчонка! От моих слов краснеет».
И почему-то его обдало таким ярким и резким жаром, что он даже вздрогнул и закашлялся.
Все было прекрасно. И еда «дяди Пети», и молодое вино. И мусака с терпкими баклажанами и густым и пахучим сыром. И конечно, сладости.
По дороге в отель мы горячо заспорили об имени будущего внука. Он почему-то был уверен, что будет непременно внук. Мужское самолюбие и тщеславие – не свой ребенок, так внучок.
Даже поругались влегкую. А потом он сказал – вернее, пропел:
– Будет все, как ты захочешь! – И взял меня за руку.
Руку я на этот раз не выдернула.
Пятерка за поведение.
* * *Я вышла на балкон. Темное, почти черное море сливалось с черным небом. Отчего-то пахло водорослями – слабо и свежо, так, как пахнут только что выловленные устрицы.
Я села в кресло и откинулась на спинку.
А через десять минут – нет, даже раньше – крепко спала. Очень крепко и очень сладко.
Под утро мне стало зябко, и я проснулась. Обнаружила, что муж снял с меня босоножки и укрыл пледом. Спасибо ему – ночи здесь, несмотря на обжигающее дневное солнце, все равно довольно прохладные.
Не открывая глаз и покачиваясь, я вошла в комнату и упала в кровать. С удовольствием вытянула затекшую спину и ноги, укуталась в одеяло, уткнулась носом в мягкую подушку и…
Повернулась к нему лицом и положила ладонь на его плечо.
Ничего личного! Просто безусловный рефлекс! Сила привычки, так сказать! Или – отвычки."
"А утром опять счастье и счастье – море, солнце, кофе с теплыми булочками.
