— Пошла ты знаешь куда…?! — орет он, и я на вытянутой руке отодвигаю телефон от уха.
Андрей Завольский, в целом, абсолютно бесталанное, аморфное существо, но даже полные нули хотя бы в чем-то могут быть хотя успешны. Андрею же прекрасно удается целых две вещи — быть истеричкой и быть трусом."
"Пока он захлебывается перечислением всех тех черт моего характера, которые я так тщательно оттачивала все эти шесть лет, я проверяю телефон, но Данте мои сообщения до сих пор не получил. Может, у него уже ночь и он трахается с какой-то девицей? Или даже парочкой? Или у него еще не утро? Прошло чуть больше года с тех пор, как он отправился путешествовать «с целью умножения инвестиций» и с тех пор я понятия не имею, на каком континенте и в каких часовых поясах он находится.
Иногда присылает фотки с тропических пляжей, иногда — из набитого смуглыми потными тетками ночного клуба, в прошлом месяце прислал селфи с заснеженного пика горной вершины, неделю назад гонял на эксклюзивной тачке в Дубае.
Иногда я чертовски завидую его свободе.
— Если ты закончил осыпать меня комплиментами, — обращаюсь к Андрею, который даже закашлялся от усердия, — то повторяю — нам нужно вместе появиться на публике. Не хочешь ужинать — ладно. Но завтра будет благотворительный концерт, на которой мы обязаны показаться вдвоем. Я скину тебе время и место.
— Меня от тебя тошнит, — начинает хныкать Андрей. — Что тебе, блять, от меня нужно?!
Вздыхаю и вместо ответа скидываю ему пару свежих фото из скрытой папки своего телефона.
Даю пару секунд рассмотреть, осознать, принять.
— Просто будь там завтра, с красивым букетом, шикарной улыбкой и выражением влюбленного болвана на лице. И, пожалуйста, не зли меня, иначе мне придется взять твои трепетные яйца в свои железные руки. Вряд ли тебе понравятся те манипуляции, которые я с ними проделаю. Но мне это точно доставит удовольствие. Поэтому выбирай, каким способом ты решишь меня порадовать, но я бы рекомендовала улыбку и цветы.
Андрей громко сопит в трубку. Я тем временем зову модисток и позволяю им начать меня «распаковывать».
— Я сделаю как ты хочешь, — еле выдавливает из себя Андрей.
«Как будто могло быть иначе», — мысленно отвечаю ему, а вслух щебечу чушь о том, как прекрасно я выгляжу в платье, которое он мне подарил, и как он упадет в обморок от одного моего сказочного вида.
Ложь все — от первого до последнего слова.
